Непроходимые миры

Мысленно я уже простился с этим миром и приготовился отдать концы навсегда. Если в ход пошло таинственное колдовство, мне нечего было ему противопоставить. Где я, а где магия…

Прошло несколько секунд, показавшихся вечностью. Сиди – не сиди, а что-то делать нужно. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Набравшись смелости, я осторожно выглянул из-за стены.

Твою мать! Над провалом в неестественной позе завис человек в одеянии, похожем на монашеский клобук.

Я поморгал, пытаясь осмыслить происходящее. Не часто мне доводилось наблюдать левитацию вот так, в живую.

Да, колдун парил в воздухе, и это были отнюдь не голливудские спецэффекты.

Его глаза были закрыты, ладони сведены в фигуре, напоминающей буддистское приветствие. Шаолинь отдыхает, едрит твою душу об колено!

Ларт ухватил меня за плечо, потянул на себя, но было поздно. Колдун нас засёк. В меня будто молнией ударило. Я ощутил тревожное покалывание в груди. Сердце забилось как сумасшедшее, качая декалитры крови.

Абзац котёнку! Сейчас нас будут убивать.

Самое хреновое, что я понятия не имею, как выкрутиться из этого попадалова. С голыми руками на этого гада не попрёшь. Разве что со шпагой, но будет ли толк от этого куска холодного железа? Если бы было так просто, вряд ли б местные так боялись этих магов.

Ну и что мне прикажете делать?

Я посмотрел на Ларта. Судя по его побелевшему лицу мужик готовился проститься с жизнью. М-да, если уж такого бойца как наш командир так прижало, что обо мне говорить. Сегодня точно не мой день.

Эх, помирать так с музыкой! Жаль, баяна нет…

Колдун медленно выплыл из дверного проёма, развернулся в мою сторону. Ларт прилип к стене, я последовал его примеру. Вот она какая амба, оказывается. Стоило с одного мира в другой попадать, чтобы так бесславно закончить бренный путь?!

Губы колдуна беззвучно зашевелились.

Не знаю почему, но я ясно и отчётливо услышал его слова, они сами зазвучали у меня в голове, минуя барабанные перепонки.

— Кто ты? — с безмерным удивлением спрашивал он, всё повторяя и повторяя, будто у него заклинило.

Эх, была не была!

— Твоя смерть, — сказал я и ткнул в него шпагой.

Не знаю, на что я рассчитывал. Наверное, это был шаг отчаяния, но у меня получилось.

Клинок угодил в область сердца. Колдун захрипел, на губах у него выступила пузырящаяся пена. Это была агония. Внезапно тело его вспыхнуло ярким пламенем, горение продолжалось недолго, а когда закончилось — к нашим ногам упала горсточка пепла.