Левиафан. Игры богов

Новому попутчику он не удивился и даже восхищенно охнул, узнав, что перед ним сам Беда. Оказывается, друид действительно был знаменитостью, как пояснил Аллен – далеко за пределами пограничья Аэнгуса!

Неожиданно Белен отчетливо понял, что не может, не должен упустить возможность побеседовать с Бедой. Ведь старый друид мог знать, как вернуть ему память. Он много странствовал и, как сам Белен недавно убедился, многое умел. Кто знает, какими знаниями он владеет. Кто знает, какие силы ему подвластны!

Он обернулся и увидел, как Беда что-то увлеченно объясняет Сироне, которая слушала, чуть приоткрыв рот от восторга, и все равно умудрялась перебивать чуть ли не через каждое слово.

Он уехал чуть вперед, чтобы подумать в относительном покое и не менее относительном одиночестве. Рядом на своем черном жеребце трясся Ансгар, однако наемник давно не спал, порой что-то бурчал себе под нос, требуя не то кормы, не то крови.

Ему обязательно нужно поговорить с Бедой, наедине! Вот только теперь Белен был притеном, и как бы ему не хотелось в первую очередь разобраться со своими личными вопросами, перед ним стояла другая, надо думать – не менее важная задача.

Сначала долг, так принято у притенов. Белен не собирался нарушать этого канона, в буквальном смысле в первый же день своего пребывания в роли одного из верных сынов северного народа.

Кроме того, Беда сказал ему, что пробудет в Перте не меньше недели. И это устраивало Белена, который принял решение встретиться с друидом как только посетит Коннстантина.

Пока же он решил отстраниться от происходящего и немного подремать в седле.

Перед погружением в полудрему Белен успел подумать о том, что в последнее время дни его становятся излишне насыщенными. О, если бы он только знал, что в сравнении с днями грядущими все минувшие события – лишь разминка! Но так ли уж блаженно неведение?..

Глава 7. Лесной град

В Перт они прибыли ранним утром, выйдя из плотного марева тумана, до предела насыщенного влагой. Временами моросил мелкий колючий дождь, ветер подвывал резко, пронзительно, пробирал до костей, стоило случайно откинуть в строну полу плаща.

Город был обнесен высокой стеной не менее пяти бренданов в высоту, сложенной из массивных дубовых бревен не менее полубрендана в диаметре. По бокам от исполинских ворот, к которым вел широкий мост, переброшенный через серые воды быстрой и сильной реки, стояли смотровые башни, на каждой – с пяток лучников и горящая жаровня.