Дорогой скорби: крушение Ордена

- Да, и для этого, они считают, государство необходимо уничтожить, начиная с его марионеток и деятелей, вроде мелких служащих. Романтика абсолютной свободы, - в голосе гостя пробежал намёк на восхищение группировкой.

- Но это так считается, ибо под самыми благородными мотивами обычно скрываются более прозаичные, алчные и жестокие желания, раздуваемые похотью, гордыней и жаждой богатства. Они как любой бандитский клан мечтают о власти и наживе, а идеи свободы насаждали для низших слоёв клана, что б просто получить фанатичных и бездумных последователей, готовых пойти на всё, ради столь сладких идей.

- Но тогда ради чего всё ими творится?

- Как всегда, - гостю говорит юноша. – Безумие, жадность, похоть и жестокость, прикрытые благородными «народными» мотивами.

- Откуда такая начитанность и познание? – удивился гость.

- Научили так, - скоротечно ответил Азариэль, вспомнив, что его воспитывали в детинце при отделении военного имперского колледжа. – Хорошие учителя были.

- Но ведь сражаются же за справедливость, не так ли?

- Они «во имя справедливости» грабили и убивали. – Гневно парирует Азариэль. – Жертвами их идей стало какое количество безобидных людей, которые просто шли через лес без стражи? – напористо прозвучал вопрос. – Их удары были одинаково жестоки, беспощадны и столь же коварны, молниеносны. Выжженные мелкие, без следов «Сынов», селения и развороченные караваны – ничего не могло скрыться от лесных «благородных разбойников».

- По крайней мере цели их благородны. Они действительно желают свободы от имперского правительства.

Азариэль пропустил этот выпад, за который гость может сесть в тюрьму, не обратив на крамольные слова внимания. Его разум поглощён спором, жаждой доказать правоту. Он, сотрясая воздух жестикуляцией рук, продолжается напористую риторику:

- Хоть они и говорят о благородных целях, но картина ими содеянного совсем иная, показывая их истинное лицо. Они ведут себя как обычные разбойники, не на йоту больше, лишь подретушировав свою деятельность красивой идеей лживых, но, как им кажется, священных аспектов новой жизни.

Гость с Азариэлем погрузились в дискуссию. Азариэль стоял на позициях того, что они бандиты и место им на виселице, а босмер пытался их как-то обелить. Они говорили и том, что «Сынов Лесов» так никто и не мог поймать, как не пытались, так как любая операция их поимки превращалась в погоню за тенями.