Особый приказ

Костров не разжигали: не только из-за дождя, но и в целях маскировки. Когда пришла пора ужина, в ложбину, незаметную с реки, солдаты под вечер притащили суповой котел, который Умов согрел колдовством. Для котла не пожалели свинины и крупы, туда же Иван высыпал прихваченную с собой дозу лекарственного снадобья.

«Пожалуй, есть в дожде и польза – думал он, спустя несколько часов, лежа в прибрежных кустах под кожаным плащом. Струи воды стекали по спине, время от времени ветер, изловчившись, забрасывал под капюшон пригоршню холодной воды, заставляя Умова аккуратно протирать лицо.

В окрестностях было всего два места, где к крутому правому берегу удалось бы нормально причалить на лодке или плоту. Конечно, поганые могли подняться наверх и с помощью колдовства, однако плот все равно заметят, а колдовство почувствует сам Умов. Несмотря на то, что, по словам пленного, поганые должны были объявиться лишь следующей ночью, Иван приказал стеречь переправу уже теперьг.

Скрывшись за кустами, Умов терпеливо смотрел на реку. Лежать под проливным дождем было далеко не так сложно, как заставить себя не оглядываться то и дело на лес – к ночи Узольская пуща начинала пугать любого. Даже волшебника. Ивану постоянно казалось, что на его спину кто-то смотрит, и, чем сильнее сгущалась темнота, тем сильнее Умову хотелось оглянуться.

В конце концов к неясному ощущению добавились непонятные глухие звуки, и Иван очень аккуратно отполз назад, подальше от берега, повернувшись, наконец к чаще. Ему показалось, будто в зарослях что-то мелькнуло, однако, вглядевшись, он больше не сумел различить и малейшего движения. Умов глубоко вдохнул и прислушался еще раз – похоже, подозрительные звуки породило его воображение, за несколько часов добавившее к ощущению чужого взгляда фантомный шорох чьих-то шагов.

Умов покосился на «дудочку» – прибор, которому никогда и ничего не мерещилось, показывал слабые возмущения магии. Ничего сверх нормы, с обычной поправкой на близость пущи. Иван понаблюдал за лесом еще немного – это он мог себе позволить, пока за рекой смотрели еще двое бойцов. За пару минут волшебник не уловил ни одного странного звука, ни единого подозрительного шевеления. Иван два раза крякнул, подавая условный знак – все чисто.