Особый приказ

Именно поэтому Игнатов еще утром уехал к Узольской пуще, не надеясь на выделенный воеводой отряд.

Иван сел за край стола и раздумчиво почесал бороду. Если быть честным самим с собой, то приходилось признать, что им сильно повезло в самом начале. Капище показало демоноборцам, что они имеют дело с умелым и подготовленным магом. Оно же показало, что вызов был не один. Зная это, не трудно представить, что Изяслав станет делать дальше: войска и местные власти превратят район в настоящую рыболовную сеть, между ячейками которой не выйдет пройти незамеченным.

Демоноборцы проверят самые опасные участки, остальное возьмут на себя местные служилые.

Раньше или позже они выяснят, где скрывается чужак. И вот тогда охотничья команда примется за ту задачу, ради которой сюда приехала.

Уничтожить.

* * *

– Такого мага не могли не заметить, – Петр прохаживался по комнате, заложив руки за спину. – Даже если он сам ни разу не появился на людях, остаются сообщники. В конце концов, не охотится же он по лесам, значит должен где-то брать пищу.

– А вдруг, есть кому поохотиться вместо него? – негромко возразил Умов.

Не дожидаясь ответа, он склонился над картой, так что теперь Петр скрипел сапогами за его спиной. Ивану совсем не обязательно было видеть его, чтобы представить, как тот медленно вышагивает из стороны в сторону, напоминая большую черную ворону.

– Может и так, – наконец, сказал Петр. – Только тогда их неизбежно кто-то бы увидел. Крестьяне знают обо всем, что происходит рядом. Если они не такие словоохотливые, как нам бы хотелось, то местный священник точно расскажет все, что знает.

А впрочем, всякое бывает...

– Со слов Бронникова, знатоков опасного искусства здесь нет, – Умов подпер подбородок ладонями. – Но словам его веры мало.

– Да и сколько их, тех знатоков опасного искусства? – произнес Петр с непонятной интонацией.

– В моем выпуске один из семи, – Иван хмыкнул. – Вернее, одна. Вот только, чтобы нечисть вызывать, знатоком быть не обязательно.

– О том и речь, – сухо откликнулся священник.

– Драконово отродье вызвать несложно, сложно потом удержать его в повиновении. Но, судя по тому, что мы уже знаем, о повиновении в нашем случае речи не идет. А значит и призвать их, да еще жертвой, мог кто угодно.

– Хоть бы и сам Бронников, – неожиданно даже для себя сказал Умов. – С трудом верится, конечно, но слова про опасное и высокое искусство меня зацепили. Ладно, опасное... но высокое? Не могу отделаться от ощущения, что он что-то знает.