Авгур. Наследие

Тот взглянул на неё в ответ своими белыми, без зрачков, глазами и покачал головой.

Женщина знала, что исчадиям Чёрного Ока не под силу пробиться за возведённые Эвой барьеры и, тем не менее, каждая ночь, проведённая в степи, становилась для неё настоящим испытанием. Найлинь видела, что воины, окружившие их плотным кольцом, тоже бояться и не могла их в этом винить.

Твари бесшумно кружили вокруг добычи не в силах до неё дотянуться и исчезали ещё до рассвета, но упрямо возвращались каждую ночь.

В такие моменты Найлинь начинала сомневаться в правильности решения покинуть Уй-Алун, хотя понимала, что не смогла бы вечно оберегать тайну своей дочери. Если бы Гайм-Вардим узнал о том, что Бастэ девочка, её ждала бы участь куда страшнее смерти.

Старый Салиф не ошибся, когда пророчил Найлинь, что у неё родится жрец. Лишь в одном он оказался неправ и то лишь от того, что считал подобное невероятным.

Женщина ласково провела ладонью по коротко остриженным волосам прильнувшей к ней дочери. Как же она была похожа на своего отца! Те же черты лица, та же глубокая синева чуть раскосых глаз, тот же упрямый характер...

Сердце привычно защемило от тоски.

Она помнила их последнюю встречу — ночь перед боем, ставшую для Бастиана последней. Плечом к плечу он сражался рядом с э-куном и другими воинами, защищая стены города, за которым укрылись испуганные жители.

И Уй-Алун выстоял.

Пусть цена победы оказалась слишком велика, Найлинь знала — не закройся Чёрное Око, и полчища чудовищных тварей, в конце концов, истребили бы всех.

«Мальчик, мальчик закрыл Чёрное Око», — сказала как-то Бастэ, улыбаясь мягко и загадочно. — «Однажды, мы с ним встретимся».

И Найлинь ни на мгновение не усомнилась в её словах.

Глава 17

С самого раннего утра в замке кипела жизнь: со стороны внутреннего двора слышался гомон людских голосов, ржание лошадей и скрип тележных колёс.

Отодвинув плотную занавеску, Диас выглянул в мутное окно и покачал головой — он не любил подобную суету, да и путешествовать предпочитал в одиночестве.