Дракониада

А я вертелся перед зеркалом, точно девка, разглядывая новое тело.

Тощий. Слишком тощий! Нет, мускулатура была и силы, если верить ощущениям, остались прежними, просто... меня словно разделили пополам. Из крепкого мужика превратили в... не хочу говорить "дрища", потому что, повторюсь, парень в зеркале был вполне спортивного телосложения. Всего лишь непривычно худой.

А ещё фоном сквозила некая анимешность. Понятия не имею, в чём она проявлялась. В новой причёске? Ну да, волосы стали длиннее – ещё немного, и начнут в глаза лезть.

Цвет остался тёмным, но с ярко-выраженным красным оттенком. Щетина напрочь исчезла, черты лица сгладились, сделавшись, не побоюсь этого слова, более "женственными". Даже разрез глаз, как мне показалось, изменился – теперь я больше походил на азиата, чем на европейца.

Вот дьявол! Да я же вылитая корейская поп-звезда! Дай гитару, микрофон, вытолкай на сцену – и я соберу целый зал визжащих фанаток. Интересно, я умею играть на гитаре?

– Не залюбуйся, зеркало лопнет.

Я хмыкнул. Не лопнет.

Просто астрологи объявили месяц нарциссизма, и число самолюбований выросло вдвое. Сначала – по прибытию в дом Ханы, затем – после превращения в дракона, и, наконец, сейчас – в момент моего падения до уровня гламурного мальчика.

– Нас могут разоблачить? – спросил я, запуская пальцы в непривычно длинную шевелюру.

– Если постараются – да. По наличию зубов мудрости, износу некоторых внутренних органов...

– Стоп, стоп! Я не отдамся добровольно на вскрытие! Вот хоть убейте – не отдамся! Это тело непривычно, но.

..

Но оно мне нравится. Что-то есть в этом школьнике-как-из-японского-мультика.

– Видишь ли, Рю... – Хана впервые назвала меня этим именем, что не далось ей легко. Я сам едва губу до крови не прикусил: шутки шутками, но мы топтались по её самой больной ране. – Видишь ли, Рю, никто, кроме меня, такими технологиями не владеет. И даже не знает о них. Им просто не придёт в голову подозревать в тебе взрослого мужчину. Всё равно, что искать крупинку золота на песчаном пляже.

Хана вздохнула.

И сразу постарела лет на десять – сейчас она выглядела ровно на свои тридцать восемь.

– Люди скорее поверят в чудесное спасение ребёнка, чем моим достижениям в реставрации тканей.

Я развёл руки в стороны: увы. Где-то на краю сознания забрезжила будущая опасность. Пока ещё далёкая, но рано или поздно мы к ней приблизимся. Два года – и я закончу школу. Может, какое-то время поработаю с Ханой, попутно изучая науки, артефакты, влияние Разлома и прочую магию.