Саги Арнира. Рождение героев

Тот усадил ее на колени и обнял, прижимая к себе.

В груди Далмиры потеплело. Что-то внутри нее, затаившееся глубоко, как загнанный в норку зверек, сладкой истомой просилось наружу. Где же тот, что прижмет ее вот так же, кто поцелует, глядя в глаза...

Двери открылись, внутрь постоялого двора вошли несколько человек, и среди них — невысокий мужчина, еще крепкий, с тронутыми сединой волосами, перетянутыми красным тофом и короткой, совершенно седой бородой. Одной рукой он держал довольно большой инструмент, изогнутый, как плоды дерева имо, из которых делают вино.

Далмира заметила множество тонких струн, натянутых вдоль инструмента.

Прямо с порога мужчина отправился к стойке хозяина, и тот с величайшим почтением на лице поспешил налить ему вина.

— Феррен, Феррен пришел! — произнес кто-то.

— Сам Феррен! — зашептали повсюду. Люди стали оборачиваться, и многие вставали, приветствуя седого человека поднятыми кубками:

— Да благословят тебя боги, Феррен!

— Кто это? — спросила Далмира и проходящего служки.

Тот воззрился на нее с изумлением:

— Ты не знаешь Феррена, величайшего из певцов Арнира?

Между тем певец до дна осушил поданный кубок и, оглядев притихший зал, произнес низким, завораживающим голосом:

— Я вижу, здесь полно пьяниц и проходимцев. Пусть убираются, моя песня не для них! Бойцы-хартоги, подходите ближе, я буду петь для вас!

Не дожидаясь, пока слушатели соберутся, Феррен сел на стол, спустив вниз ноги в пыльных, истоптанных сапогах и положил на колени свой странный инструмент.

Пальцы плавно опустились на струны, и он зазвучал.

Звуки, сперва тихие и будто бы неуверенные, постепенно набирали силу и вот уже неслись ритмично и жарко, как удары мечей. Мелодия проявлялась все четче и яснее, прокатываясь под крышей притихшей харчевни дрожащим яростным тембром. Далмире казалось: она слышит шум леса и стук своего сердца, когда вместе с Шенном они бежали, спасаясь от преследователей.

Она слышала яростные крики бойцов, и струны под рукой певца стонали, как смертельно раненые животные... Резко прервав музыку, Феррен запел, и его низкий, мужественный голос заставлял вслушиваться в каждое слово:

Я вам песню спою, пусть услышат певца

Все ветра, от начала земли до конца.

Я хочу вам воспеть мощь стального клинка,

Хоть года уж не те, и рука не легка...