НОЧИ И ДНИ АСТЕРБОРНА

- Сержант, - даже в такой прекрасной работе, были свои недостатки. Одним из них являлась необходимость каждое дежурство слушать вопли пьянчуг и оборванцев, доставленных с улиц Астерборна, - Ну дай поссать, будь человеком.- Потерпишь, - буяна по имени Флинт сержант знал, как облупленного, можно сказать, что он был постоянным клиентом его гостеприимного заведения, - Или в штаны давай. Их всё равно уже ничем не испортишь.- Ну сержант, - Флинт явно не собирался сдаваться, - Ну чо ты, ну будь человеком.

..Дверь распахнулась и на пороге возникла высоченная мужская фигура в длинном плаще. Бледное лицо с заострёнными чертами придавало ему пугающий вид вампира из сказок, вот только Джиргман, узнав вошедшего незнакомца, испугался куда сильнее, чем мог бы испугаться самого страшного вурдалака.Сидевшего в углу рядового стражи по имени Олли можно было охарактеризовать двумя словами "здоровый" и "тупой". Именно за эти два качества Джиргман сделал его своим подручным и высоко его ценил. Олли усмирял буйных пьянчуг, а также помогал запихивать в клетку несговорчивых буянов и сейчас, почуяв в незнакомце угрозу, Олли, слишком глупый, чтобы испугаться, вытащил дубинку и решительно сделал шаг вперёд.Даже не сбавляя шагу, великан в плаще вскинул руку и небрежно нажал на спусковой крючок. Грохнувший выстрел окутал комнату дымом и отбросил Олли к стене, а тем временем, следом за великаном в плаще, в дверь уже входил ещё один, худощавый темнокожий мужчина с волосами, заплетёнными в косички. Сверкнув белозубой улыбкой, он навёл на Джиргмана пистолет.- Не надо, - успел пискнуть сержант, растеряв всю свою вальяжность, а затем выстрел навеки погрузил его во тьму.- Да это с чего бы вдруг не надо? - насмешливо произнёс Царик, - Очень даже надо, я считаю.- Вперёд дети мои, - произнёс Морган Хейс, вскинув руки. В помещение хлынули обитатели астерборнского дна. Молодые и старые, здоровые и инвалиды с культями они, ринулись вперёд, будто стая волков в овчарню. Немногочисленные стражники, застигнутые врасплох почти не оказали сопротивления. Легче всего умер лейтенант Пирси, который, будучи мертвецки пьян, не проснулся даже когда ему резали глотку. Одного стражника, судя по воплям взяли живым. Хейс не стал интересоваться его судьбой. И так ясно, что она была незавидна. Убедившись в победе, если конечно происходящее вообще можно было назвать боем, он вышел обратно на улицу.