Лучник-2

Ветер усиливается, пытается обломать верхушки деревьев и заглушить слова гиганта. Совсем рядом прошли волки, начали окружать нас прячась в темноте, но разглядев Джаггернаута убежали. Скуля и поджав хвосты.

– Мы, потомки бога. Неимоверно древнего, сумасшедшего бога смерти.

Которому эльфы поклонялись тысячи лет назад. Нас множество, но только не во всех кровь говорит в полный голос. А таких, как мы, пожирающих души убитых единицы. Ты, я и ещё парочка на службе альянса и империи.

– Ничего нового. – сказал я, протягивая ему бурдюк. – Всё это я понял в последнюю нашу встречу.

Здоровяк сделал большой глоток, вытер рот тыльной стороной ладони и невозмутимо продолжил:

– Конечно, но ты не задумывался, где остальные боги? Раз есть один, значит должны быть и другие.

– Меня это не волнует.

– А зря. Они мертвы, убиты нашим, ха-ха, дедом в ходе лютой войны… Или бежали в другие реальности.

Глаза Джаггернаута подёрнулись мечтательной дымкой, он громко причмокнул и выдохнул.

– В общем тогда они победили, но убить воплощение смерти проблематично. Выжившие заперли его за границей реальности, в наших снах среди туманов мира мёртвых и серебряной тропы, по которой он не может пройти сам. Но через нас, о, он способен воплотиться, «ожить» если хочешь.

– И ты хочешь провести его к нам?

Джаггернаут криво ухмыльнулся.

– Я псих, это бесспорно. Но я не хочу гибели мира, а он принесёт именно её.

Он замолчал, ожидая вопросов, а я вынул нож и принялся бесцельно чертить на земле у ног бессвязные линии. Наверное, чтобы просто собраться с мыслями. Наконец поднял взгляд и сказал:

– На побережье я встретил странных тварей, они рассказали нечто подобное и направили меня к некому храм…

– И?

– Я отправился туда, а очнулся ничего не помня на берегу моря перед штормом.

– Ты пытался нарушить волю богов. Пусть и невольно. В храме тебя ждал дедов жрец, видимо он рассказал тебе нечто такое, что вышло за эдикт памяти о нём. В итоге на то место обрушился гнев ушедших божков.

– Так ведь они мертвы или бежали.

– И что? – саркастично спросил Джаггернаут. – Сделанное богом не может быть обращено, можно только обойти.