Драконоборец (оба тома вместе)

– Все наружу! Запрягать кареты! – громыхнул голос Бейерона. – Не бежать! Не топтать друг друга! Крепко держите детей!

Выход под открытое небо принес облегчение вместе с чувством, что все худшее осталось позади. Служители королевского каретного двора уже запрягали кареты лошадьми, и внутрь садились слуги, в первую очередь женщины и их дети. Часть стражи находилась подле и должна была сопровождать поезд до внешней стены, другая часть вместе с риденскими гвардейцами образовала кольцо вокруг членов королевской семьи и волшебника.

Тобиус снял с шеи цепочку и с помощью специальных заклинаний изучал структуру артефакта. Он приказал холлофару отойти от короля, чтобы не повлиять на работу магической реликвии, и вернул ее хозяину.

– Он настроен на членов вашей семьи, сир, так что, полагаю, сработает только в ваших руках.

– Ты редко ошибался, Тобиус, будем хранить надежду.

– Что там было? – спросила принцесса. – Что за ужасное существо?

– Эмблема третьего круга, Голодная Роженица.

– Демон?

– Демоны живут в Пекле, – ответил Тобиус, мимоходом оглядывая огромный парадный двор с фонтанами и клумбами.

Его речь оборвалась, глаза расширились, волосы на затылке встали дыбом.

– Что-то злое грядет, все ищите укрытие!!!

Высоко наверху разлетелось вдребезги огромное витражное окно, и небо рассек черный росчерк. Осколки цветного стекла еще не успели упасть на камни, когда крылатый силуэт заложил крутой вираж и пронесся над двором.

– Защищать короля и принцессу! – хрипло пролаял сир Вийем.

Мушкетеры открыли огонь по крылатому силуэту вслед за хиллфолком, но тщетно – он молниеносно менял направление, а когда пронесся над двором во второй раз, вновь посыпались смертоносные перья.

– Не тратьте пули, эмблемы их не боятся. – Из посоха Тобиуса ударил луч золотого света – мимо. Волшебник бил заклинанием еще и еще раз, но цель была слишком быстра.

Третий шквал режущих перьев столкнулся с подвешенным над двором Широким Щитом. Маг поднял посох и принялся писать его копьевидным набалдашником по воздуху, произнося речитатив; распахнулась книга заклинаний, страницы которой с бешеной скоростью перелистывались и будто выплевывали лоскуты бумаги.