Наездник

- А у нас – принято, - хихикнула Муаррат, у которой от стакана вина ярко блестели глаза и немного путались мысли. - Но не у всех. Маги огня любят брать сырое мясо и запекать его прямо в руках. Или даже во рту. Но – так, только самые сильные и опытные. Вроде как показатель мастерства.

- Ишь ты, выделываются гады! – Иван потянулся за бутылкой и Вера, которая внимательно контролировала процесс разлива, хлопнула его по ладони. – Ты чего? Я же ещё – как стёклышко!

- Запотевшее, - съязвила сестра. Сама она продолжала булькать ещё первым стаканом вина.

- У-у, гадюка подколодная! – якут шустро отодвинулся. Но настаивать явно не собирался. А что ему ещё оставалось? - Дай тогда во-он тот шампур.

- Это – мой, - тут же откликнулась сестра и отдала Ивану другой, явно хуже. – Сам знаешь, у тебя от переизбытка жира – изжога.

- Давно? – удивился Иван.

- С тех самых пор, как я это сказала. А продолжишь умничать, ограничим твой рацион хлебушком.

Было хорошо. Вечерело. Искры от костра большими жёлтыми мухами взлетали в темнеющее небо и пропадали из виду. Трещали дрова в костре и подмигивали угли из здоровенной коробки мангала. Кажется, мы немного переборщили с количеством мяса. Столько нам не съесть, даже если подключится лохматый умник и его мелкие прихлебатели.

Впрочем, всем им было не до нас.

Дина и Кусака сосредоточенно грызли здоровенные костомахи, а Степлер одуревший от привалившего ему счастья, кровожадно орал из ближайшего куста.

Я положил ладонь на бедро сидящей рядом Муаррат и слегка нажал. Продолжая обгрызать мясо с шампура, девушка послушно придвинулась ближе. Теперь наши бёдра и плечи касались. Муаррат покосилась на меня. Я поцеловал пушок на виске соседки и получил в ответ какую-то странную картинку. Даже не картинку, а вроде как смесь ощущений: мягкое, розовое, точно поглаживание и одновременно будто утопаешь в удобном мягком кресле, заворачиваясь в плед.

Кусака оторвался от уничтожения кости и поглядел в нашу сторону. Почти стемнело и я видел лишь силуэт, однако точно знал, куда именно смотрит дракон. Я уж решил, что гадина примется иронизировать или займётся морализаторством, что с ним иногда приключалось.