Левиафан. Темный восход

А затем, когда на буке не осталось места, он принялся выцарапывать символы на поверхностях комнаты. Скажите, настоящий исследователь не позволил бы себе такого кощунства? Но Тот был не просто исследователем, кроме того, это чувство известно всякому ученому – когда открытие захлестывает тебя настолько, что забываешь обо всех условностях, продиктованных этикой, моралью…

Он пробовал снова и снова, пробовал записывать символы слева-направо (как писали все известные ему народы), затем наоборот. Пробовал располагать символы по вертикали и диагонали, составлял из них независимые сегменты и общие фигуры.

Он понимал, что имеет значение не только последовательность (ее он давно понял), важна еще и форма записи.

И тогда он понял, в чем его ошибка. За свои странствия он изучил десятки культур и знал десятки десятков письмен, но ему нужен был иной вариант записи речи, тот, которого еще не было. Точнее был, но так давно, что даже памяти о нем не осталось.

Тот закрыл глаза и позволил себе чертить знаки в произвольном порядке, а когда взглянул на дело рук своих, улыбнулся предвечной истине.

Все мудрое просто. Он записал символы, расположив их по кругу, так, чтобы не было первого и последнего, чтобы они образовали единую семантическую цепь, причем каждое последующее прочтение добавляло новый смысл к уже прочитанному.

Глаза Тота вновь и вновь пробегали по кругу символов, а его разум уже блуждал по лабиринтам космоса. Он узнал, что его мир не плоский, что это эллипс, движущийся вокруг Солнца, которое вовсе не бог (не в том смысле, в каком понимают люди), а лишь звезда, одна из мириад.

Он узнал, что вокруг этой звезды вращаются десятки других миров, которые на первый взгляд кажутся необитаемыми. Он увидел объект, что позже назовут Луной, и осознал, что этот объект пришел извне и ждет своего часа. Он увидел все многообразие племен, населявший его родной мир, и увидел богов, которые были созданы этими племенами. И тогда Тот понял, что теперь он тоже бог. Единственный бог, обретший свою ипостась через знания!

А потом всего на мгновение его мысленный взор пронзил пласты времени и он узрел, что однажды это повторится.

Но тогда все будет иначе, и знания будут не собраны, а выкрадены. Однако тот, кто сделает это, тоже станет богом. Великим, быть может, сильнейшим из всех.

Когда Тот покинул центральное помещение пирамиды, оно свернулось в нульмерную точку и перестало существовать в этой реальности. Как и он сам, потеряв тело смертного.