Тайные тропы Варленда

– Барон Андрен милосерден, – отметил лекарь. – Коли простит все прегрешения.

– Кто сказал о всех? Кроме убийства детей и женщин, разумеется! – поправил Андрен. – Кровавых бандитов, кто бесчинства творил не по нужде, а по нраву, убивать на месте и вешать как вешал сенешаль на ближайшем дереве. А прочих отдать на суд жителям деревни. Кого простят, нам посоветуют. Кого порубят, то уже не наше дело. Или ты решил, что мы будем определять их судьбу?

– Но как же… всепрощение? – напомнил лекарь.

– Боги простят, – ухмыльнулся Андрен.

– А мы твари приземлённые, нам разбираться надобно.

С большей частью солдат Андрен, Грок и Мечеслав тронулись в путь по окрестностям. И пока маршу училась пехота, конные вперёд подались. Растянулись по итогу в линию. А дорога была не просто разбитой, а ужасной. Ей словно вовсе никто никогда не занимался. Повозки застревали. Только одиноким конным и легко объезжать ямы и колдобины.

Андрен развернул местную карту прямо в седле лошади. По ней выходило, что всего в землях Баронств и графств было тринадцать замков, их которых два стояли давно заброшенными.

Выходило, что опорных пунктов всего одиннадцать. Помимо этого, на карте отмечались лишь крупные деревни у торгового тракта.

– Десяток оплотов, – заглянул в карту Мечеслав.

По другую сторону ехал Грок. Но тот молчал с повязкой на голове особо не поговоришь.

– Вероятно, многие уже выразили свою поддержку Освободительной армии. – добавил полусотник.

– Четверо из одиннадцати, если информация лазутчиков чего-то стоит, – поправил Андрен.

– Движение Аткинса ширится с каждым днём. Мы же смотрим на разбитую дрогу сквозь уши коня, – вздохнул Мечеслав.

Барон улыбнулся, тыкая пальцев в карту.

– Ближайший вражий замок за соседним холмом. Там сидит старый гоблин Доримед. Богатый барон. Местные его недолюбливают, по словам Коря. Жаден, что мой конь до кобыл. Правда, Рыжик?

Рыжий повернул голову, но не обнаружив морковки, отвернулся.

– Крестьяне под ним уже взвыли от непосильных налогов, – добавило Андрен.

– Но любой бунт он топит в крови. Поговаривают, что под ним семь деревень, а под рукой всегда не менее трёх сотен пехотинцев. Среди них латных мечников и копейщиков, что нам не по зубам. Но они не все в замке. Многие сидят по соседним деревням на прокорме. Барон экономит на содержании. Оставил под рукой не более пяти десятков.

– Это немало, – отметил Мечеслав. – Нападающий теряет семь на одного при штурме укреплений.