Проклятие экзорциста

— Освальд послушай меня внимательно, — обратился к нему Маркус. — Ответь, я когда-нибудь давал тебе повод усомниться в моих словах?

Пожилой воин переводил взгляд с Маркуса на Виктора и обратно, но затем был вынужден признать правоту капитана.

— Нет, никогда такого не было, — ответил он, опуская меч.

— Я не обманывал вас раньше и не собираюсь начинать это делать сейчас. Особенно в тот момент, когда мне нужна ваша помощь. А теперь, когда мы все пояснили, давай сядем, и ты мне расскажешь что произошло с инквизиторами, за то время пока я отсутствовал.

— Хорошо, — устало ответил Освальд, возвращая доску на место, но меч в тайник не убрал и по-прежнему недоверчиво поглядывал в сторону экзорциста.

— Капитан в то время когда вы так неожиданно пропали, некоторые стали распространять слухи что вы связались с демонами, но я этому не верил.

Хотя Освальд и сказал, что он не верил в измену капитана, но теперь его уверенность слегка пошатнулась. Он смотрел на своего командира и видел, что он  сидит за одни столом с демоном.

— Хорошо, давай я кое-что поясню по поводу моего исчезновения, — сказал Маркус. — Виктор в прошлом экзорцист Святой Церкви. Его семья погибла от рук могущественного демона, но он выжил и нашел другого демона, которого осознанно заключил в своем теле. И до тех пор, пока на его руках печати запрета, демон в его теле запрет как в тюрьме.

Виктор, молча, стянул с рук перчатки без пальцев, демонстрируя на тыльных сторонах ладоней печати удерживающие демона.

— Находясь в теле с печатями нечисть не сможет управлять мыслями и телом экзорциста, — продолжил рассказывать Маркус. — А вот Виктор свободно может пользоваться силой демона, и все это для того чтобы добраться до убийцы своей семьи. Но так случилось что демон, убивший его семью, и меня лишил дорогого человека, поэтому у нас с ним одна цель.

Маркус замолчал и обвел взглядом присутствующих инквизиторов.

— Дело в том, что этот для вас прошло более сорока лет, но для меня   моих товарищей минуло всего лишь около месяца.

— Я верю тебе капитан, и мои люди тоже верят, — взглянул на них Освальд, и бывалые воины, молча, кивнули, подтверждая его слова.