Легенда о Вращающемся Замке

— Но я не справедлив, я, к счастью для вас, милосерден. Мне достаточно будет простого извинения, чтобы забыть подобную дерзость. Так что пусть эта скотина встанет на колени и попросит прощения. И я успокоюсь. Ну же, убогий, — вновь обратился Гэрис к человеку, у чьего горла держал меч, — не испытывай больше мое терпение. И оно имеет предел.

Невольный обидчик Гэриса весь мелко дрожал. Лицо его побелело.

— Сэр рыцарь… Господин мой, я нижайше прошу прощения, не извольте серчать. Я простой мастеровой. Перебрал немного по глупости, вот и ударил хмель в голову.

У меня жена и две дочери. Не будьте ко мне суровы.

— Я, кажется, приказал тебе встать на колени, мразь. Почему ты еще этого не сделал? А ну живо!

Гэрис сделал шаг назад, чуть отведя оружие, но не опуская его. Человек, пятью минутами ранее едва не расшибивший ему голову, поднялся из-за стола — Гэрис успел заметить, что ладони у него мокрые — и медленно опустился на дощатый пол. Остальные посетители трактира настороженно молчали. Ведь Гэрис назвался рыцарем, а какой же дурак осмелится встать у рыцаря на пути.

— Милорд, молю о пощаде. Я и не подумал, что знатный господин может вот так просто зайти сюда, к нам.

— А вот впредь думай, шелудивый пес. И благодари меня, что научил уму-разуму, — Гэрис пнул так неудачно нарвавшегося на него мастерового сапогом в живот, посмотрел, как тот закашлялся, сгибаясь втрое — и отвернулся.

Гэрис ничуть не боялся получить себе в спину нож. Никто из сидящих здесь отродясь не осмелился бы на подобное. Они все были разумными людьми, в конце-то концов.

У всех собравшихся здесь выпивох, разом пугливых и дерзких, имелся дом, в который им хотелось вечером вернуться, целыми и невредимыми, и любимые занятия — а любимыми занятиями, конечно же, дорожишь. Еще у этих людей наверняка были семьи, за которые они стояли в ответе.

«И вот поэтому, — подумал рыцарь, — ни у одного из этих бедняг никогда в его жизни не случится ни замка, ни богатства, ни титулов, и все они отойдут на тот свет теми, кем и родились. То бишь вшивым сбродом из трущоб.

Именно потому, что не согласны рисковать собой, отстаивая дурацкую честь. А вовсе не ввиду отсутствия благородных предков. Грейданы тоже поднялись некогда из простого народа — а как высоко взлетели. Хочешь что-то получить — сперва все потеряй».

Спустя несколько минут Гэрис уже сидел за грязным столом, обедая. Мясо здесь прожаривали неплохо, да и пиво можно было пить, не отплевываясь. Гэрис был голоден и охотно бы съел сейчас целого кабана.