Отец смерти

Скоро выяснилось, что палачи куда-то ведут нас. Меня это насторожило. Но, с другой стороны, отказаться от проводников в этом царстве тьмы означало обречь себя на бесцельные скитания. Лучше было самим двигаться навстречу неизвестной опасности, чем трусливо ждать, когда она настигнет тебя. Глаза проводников по-прежнему оставались ярко-желтыми. Это обнадеживало. Если я правильно понимал язык их глаз, так проявлялось их желание сотрудничать с нами. Скоро они привели нас к большой клетке, в которой находился еще один крылатый демон, похожий на большую летучую мышь.

Увидев нас, он встал с пола. Его глаза не были наполнены живым огнем, а черты лица казались почти человеческими. Когда свет факелов упал на него, я увидел, что его кожа красноватого оттенка, брови почти падают на длинные белые ресницы, а глаза с синей радужкой, желтыми белками и зрачками, светятся умом. Такого крылатого демона я видел впервые, и глубинное сознание мое знало, что эта встреча далеко не случайна.

– Странно, Эвкатион снарядил ко мне целую делегацию, – сказал он насмешливо, слегка щурясь при этом от света.

Однако, заметив веревки, туго стягивающие руки и крылья палачей, он замер в недоумении.

– Где ключ от клетки? – спросил я его.

– В десяти шагах, на стене.

На ржавом металлическом крюке действительно висел тяжелый бронзовый ключ. Я подошел, взял его и открыл решетку.

– Мы пытаемся найти выход отсюда, – быстро сказал Лаэрций. – Эвкатион занят реинкарнацией.

Пленник вышел из клетки и с удовольствием потянулся всеми суставами, расправляя свои кожистые крылья.

Я увидел, что они полупрозрачны… На лице его были написаны блаженство и любопытство.

– Вы с того берега? – спросил он.

– Да, – ответил я. – И хотим побыстрее оказаться дома.

– Меня зовут Моргульский, – сообщил он. – Спасибо за освобождение.

– Это ты бывший владелец пазиры? – спросил я.

Вопрос вылетел из моих уст сам, я даже не успел осмыслить его. Главное – я нисколько не сомневался, что мое предположение верно.

– Вы знаете, где она? – лицо Моргульского сразу оживилось.

– Она у меня.

Лаэрций противно усмехнулся, очевидно, не одобряя мою откровенность и представляя себе, как я за нее поплачусь.

– А кто победил Эвкатиона? – спросил Моргульский.

– Слушай, хватит вопросов! – прорычал Лаэрций. – Ты знаешь, где выход, или нам снова мучить этих огнеглазых тварей?

– С помощью пазиры мы можем оказаться в любом месте в этой зоне берега. Дайте ее мне и уйдем отсюда.