Дикие Земли

Артефактные потроха вылетали в ритме швейной машинки. Остальная команда сбилась с ног собирать. Ловили глаза, выдаивали пузыри, подтаскивали бочки. Митрич для порядка покрикивал и тачковал, чего и сколько добыли, чиркая в блокнотике химическим карандашом. Мне же досталась роль статического наблюдателя.

Мишенька на контакт не шёл, а гормональная буря в одном на двоих организме мешала сосредоточиться.

Я поначалу пытался вычислить место падения нашего дирижабля по дыму пожара. Отслеживал окружение с помощью «Панорамы».

Всё ждал, не покажется ли настоящая спасательная команда. Но здесь повсюду дымы, а сумбурные метания Мишеньки меня быстро запутали. Пришлось оставить эту затею и вникать в анатомию лупоглазов, гадая, что там такого в глазах и для чего применялось содержимое желчных мешков.

Наконец, монстры закончились. Непотрошённые, я имею в виду.

Мичман Трофимов предусмотрительно забрал у Мишеньки ложко-нож. Бригады приступили к погрузке. А Мишенька с видом работника дня побрёл к пригорку, где стояли машины.

Уставший, руки по локоть в крови, одежда перепачкана слизью. В горле першило от вездесущего пепла, ладони покрылись мозолями, запястья и шею саднило от недавних ожогов… Зато адреналин пережёг и на какое-то время угомонился.

Но я был уверен, что ненадолго. Мысли от меня он скрыть не мог.

*****

Судя по репликам работяг, задачу на сегодня мы выполнили. Причём раньше, чем ожидалось. И оставаться здесь больше, чем нужно никто не планировал. Вероятно, тому были причины — недаром же все со стволами, и пикап с крупнокалиберным паромётом в прикрытии.

Но с этим мне ещё предстоит разбираться.

Погрузка заняла минут сорок. Нас побригадно распределили в машины, естественно, под присмотром охраны. Грузовики тут же тронулись, вытянулись в походный порядок и покатили на базу. Это тоже выяснилось из разговоров.

Ехали долго и в целом комфортнее, чем в первую нашу поездку. Трясло меньше, места хватало, ещё бы подушку под задницу и было бы вообще хорошо.

Умаявшиеся мужики поначалу обменивались впечатлениями, потом их сморило. Митрич лучился довольством, подсчитывая свою долю в блокнотике. Охотнички, сидевшие у заднего порта, лениво погладывали то на нас, то на улицу.

Мишенька строил планы возмездия. С виновниками своих бед он определился, когда потрошил лупоглазов. Теперь выбирал для них (для меня в том числе) изуверскую казнь. Впрочем, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не руками.