Читемо: Поэзия убийства

Увы, коляска не способна проехать по узким книжным проходам, и я никогда не мог поглядеть на книжки вблизи.

Пока не встретил Дема.

Вы можете возразить – а как же Интернет?

Тут есть трудности. Мои папа и мама – как бы это сказать правильно? – верующие люди. В смысле нет, они не фанатики. Они просто работают в Церкви. Самым настоящим образом работают. Папа имеет чин протоиерея. Это довольно высокий чин. Но занимается он написанием речей. Он готовит тексты для многих публичных православных лиц, которых вы видите в телевизоре.

А мама заведует иконной лавкой при монастыре. Монастырь здесь же, рядом. Он один из самых больших в нашем городе. Мы могли бы жить на его территории, места там хватает. Но после моего рождения, когда стало ясно, чем я болею, родители решили снять городскую квартиру.

Впрочем, это не важно.

Несмотря на то, что мои родители служат Церкви, именем Господа нашего атмосфера квартиры отнюдь не пронизана. Ежевечернее семейное чтение вслух отрывков из Библии, разумеется, присутствует, но не более того.

Папа говорит, что я сам должен прийти к истинной вере, к её пониманию. Я соглашаюсь, но смысл Библии от меня пока ускользает. А потому, видимо, к вере я ещё не пришел. Мама с папой с этим согласны.

Тем не менее, несмотря на демократичность в вопросе веры, во всем остальном мое воспитание очень строгое – и никакого тебе Интернета, если он не требуется для учебы и подготовки к урокам. Я мог бы скачивать книги из Сети, но читать мне их не на чем.

Наверное, поэтому у меня такое острое зрение – нечем его портить.

Мой книжный удел – серые от старости книги по биологии и географии (самые интересные), философии и математике (самые неинтересные), а также обширные сочинения на религиозную тему. Эти я читаю только в принудительном порядке – примерно по одной раз в три месяца.

Мне всегда хочется бегать, прыгать и скакать. Я не способен ни на первое, ни на второе, ни на третье.

Если бы не вера в Бога (даже при условии, что смысла книг об учении я не понимаю), даже не представляю, как бы я жил. Вера удивительно помогает в оптимизме. Ещё я очень просил Господа послать мне друга. Хотя бы одного.

И когда появился Дем, я стал молиться ещё усерднее.