Гиперион восхождение

Пламя, окружающее ее, танцевало вокруг, словно живой щит, ставший элегантным платьем воительницы, отбрасывая атаки демонов. В огненном вихре ее силуэт казался нечеловечески завораживающим. Ее лицо, затемненное пламенем, оставалось нечитаемым, но в ее глазах я увидел не только ненависть, но и нечто другое, нечто могущественное, что озадачило меня. Я смотрел на неё, забыв обо всём на свете. И не мог отвести взгляд от её движений, от её силы, от её невероятной мощи. Она оказалась не просто воином, а чистой стихией, воплощением огня и меча, неукротимой и беспощадной.

Я всё так же замер, наблюдая за ней. Ибо не мог поверить своим глазам. В этот момент я увидел, как один из демонов замахнулся на нее сзади. Он был велик и силен, и его когти сверкали в тусклом свете леса. Но я не мог стоять сложа руки. И должен ей помочь.

Резко бросился вперед, стараясь отвлечь демона. Яростно крикнул что-то, но мои слова утонули в шуме битвы. Демон бросился на меня, и я отскочил в сторону, отбиваясь от его ударов.

Но я понимал, что я не могу держаться долго. Ибо уже слишком слаб и уставший. Но это ничего не значило, пока битва идёт.

Ее глаза, полные огня и ненависти, были устремлены на меня. Я замер.

— Ты не умрешь... Так быстро... — прорычала она, ее голос был хриплым и мощным, словно грохот грома. Она сделала резкий рывок, ее меч сверкнул в пламени, и в следующую секунду один из демонов был разрублен пополам.

Пламя охватило его тело, и он исчез, оставив после себя только запах гари и мертвую тишину.

— Я не позволю! — прокричала она, и ее глаза загорелись еще ярче.

Глава 5

И привкус тьмы так сладок, а ты, увы, лишь тёмный силуэт в дороге жизни.

***

Холодный, сырой воздух ударил в лицо, когда меня сбросили в глубокую, тёмную яму. Оглушительный грохот падения долго звенел в ушах. Я приземлился на твёрдую, влажную землю; пыль и глина взметнулись в воздух, окутывая меня плотным облаком. Кашель неприятно коснулся горла, но я заставил себя подняться.

Сверху, в маленьком, едва различимом проёме, виднелось тёмное небо, усеянное редкими, тусклыми звёздами.

Это была единственная связь с внешним миром — мерцающий свет, напоминающий о той битве, которая только что закончилась. О той битве, в которой я участвовал, о той, где я, как и тысячи других, всего лишь пешка в чужой игре.

— В шахту! — услышал я грубый голос над собой. — В шахту...

Ни слова благодарности, ни малейшего признания за участие в битве. Лишь сухое распоряжение.