Рок неизбежности

Рок неизбежности

Дмитрий Антонов

Рок неизбежности

РОК НЕИЗБЕЖНОСТИ

Тёплый летний ветерок мягко взъерошил волосы, огромный шмель, словно стрела, пронёсся мимо, под парапетом запел сверчок, а меж тяжёлых грозовых туч, в самой дальней дали, начинался закат. Внизу текла Ангарка, плетя извилистые узоры меж холмов, одаривая луга живительной влагой и скрываясь в чаще северных джунглей. Тропический лес, тонкой нитью протянувшийся на самом горизонте, обозначал, где оканчивались бескрайние луга приграничного округа и начинались владения Каменного Рубежа.

 

Каменный рубеж. 

Стену возвели в незапамятные времена с помощью великанов – и не зря, ведь за ней лес, кишащий кровожадными созданиями, и если бы не Рубеж, то защитить Даарию от нашествия хищников было бы невозможно. Иногда летающие ящеры прорывались через оборонительную стену, но в северных джунглях их ждала лишь смерть.

Даария.

Нет земли краше и шире, и не родилось ещё того человека, что обошёл бы всю землю словянскую вдоль и поперёк.

От Великого Разлома на западе, где начинаются земли Ариев, до Небесных Гор на востоке, за которыми никто никогда не бывал.

От Лукоморья на севере, граничащего с легендарной Гипербореей, до Каменного Рубежа на юге, отделившего от бескрайних тропических лесов двухсотверстовой участок, названный Северными Джунглями.

Тут, на юго-восточном тракте, в двух сотнях вёрст от Каменного Рубежа, на развилке, где сошлись три дороги, раскинулась родная Лебяжья слобода, а за ней, в пяти вёрстах южнее, острог Сичь – хранитель покоя.

Огромная крепость с высокими каменными стенами оскалилась жалами сотен стрел многозарядых баллист и ощетинилась десятками катапульт со снарядами Синего Пламени. Вообще, остроги в землях словян не редкость, но Сичь выделялась: это была войсковая крепость, и говорили, что по её подземному лабиринту, коему конца нет, можно пройти вплоть до Новэя. Но никто не пробовал.

Новэй.

Пограничный город. 

Эх! Побывать бы там!

Посмотреть с высоты Рубежа на юг, увидеть зарубежные диковинки – кровожадных тварей, коих нередко отлавливают да выставляют напоказ.

Пройтись по узким улочкам торгового сектора, где продают украшения – и не только словянские, но и скифские, и сарматами слаженные. 

Там есть всё, и колечки злато-каменные, и бусы янтарные, а парча! Да земская, а туфельки да смольские, уж про камнегорские камушки самоцветные и думать не следует, только душу теребить. А шёлк вязийский! Ох!

Мара наслаждалась грёзами.

Послышался свист.