Осколки. Объединение

Я тоже ограничился приветственным кивком и, под внимательными взглядами собравшихся, последовал за спутницей. Она вела себя здесь, как дома. Деловито пошарила по сумкам, вытащила припасы и положила на стол.

Никто не сказал ни слова, но напряжение немного спало. Охотники продолжили негромко переговариваться, старик снова методично заводил точильным камнем по лезвию. Семейство вернулось к трапезе, хотя дети, несмотря на замечания матери, то и дело бросали любопытные взгляды в нашу сторону.

– Не слишком тут все приветливые, – шепнул я Хельге.

– Люди разные бывают, – пожала она широкими плечами.

– Ты тут никого не знаешь?

Хельга обвела взглядом людей и покачала головой:

– Нет, никого знакомого. Могу только сказать, что старик с топором – откуда-то с севера – вон, какой бледный. Охотники из окрестных деревень – они обычно далеко не уходят. А семья, думаю, раньше у Предела жила. Там теплее, оттого и кожа у них другая.

– Ты прямо детектив.

– Кто? – Хельга вскинула брови. – Опять ты своими диковинными словечками разговариваешь.

– Извини. Больше не буду.

– Ладно, – смягчилась женщина и, немного помолчав, спросила. – А кто такой этот детектив?

– Тот, кто расследует… – я запнулся, прикидывая, поймет ли Хельга такое объяснение. Едва ли. Лучше – проще. – Он ищет разбойников и много всего замечает. – Пояснил я.

– А, – Хельга важно кивнула. – Да, у меня глаз наметанный.

Она закончила выкладывать припасы, и мы принялись за еду. После ужина я не забыл и выйти на улицу, чтобы накормить гарма.

– Далеко собрался? – скрипучим голосом поинтересовался мужчина с топором.

– Какие-то проблемы? – осведомился я.

– Никаких, – покачал он головой.

Прядь седых волос сместилась в сторону, обнажая жуткий шрам на морщинистом лице – пять глубоких борозд ото лба, через затянутый бельмом глаз и до самого подбородка. Старик смутился и поправил волосы, пряча шрамы, напоминающие следы когтей.

– Но возвращайся быстрее. На ночь лучше запереть дверь. – Проворчал он.

– А если кто-то еще придет?

– Придет – постучит, – буркнул старик и отвернулся, показывая, что разговор окончен.

Голос Реквиема в моей голове настаивал на продолжении, но его не последовало. Ведь желание запереть дверь, когда на улице может прятаться кто угодно, вполне понятно и обосновано. Снежного тролля, конечно, такая преграда не сдержит, но вот от варгов вполне защитит.

Снаружи совсем потемнело. Я даже не сразу увидел Нигана. Гарм занимался тем, что обнюхивал повозку.