Последний Паладин. Том 8

Самураи же, или «буси», как их называли на востоке, располагались в двух метрах за спинами своих господ, в среднем кругу переговорной.

По одному Самураю на каждого из высокопоставленных гостей.

Мужчины сидели, косо переглядывались и изредка бросали взгляд на висящие на стене часы в форме цапли.

Пусть в переговорной стояла полная тишина, а двигались только взгляды и кружки саке, обстановка накалялась с каждой секундой, и это чувствовали все присутствовавшие.

И за несколько секунд до того, как закончилось саке, а вместе с ним и терпение гостей, входная дверь распахнулась.

Однако в проходе оказался невысокий Самурай из Дома Идэ, а не Князь Воды, которого так ждали восточные гости.

Чашка недопитого саке с треском лопнула в руках представителя Дома Металла Химуро, но на косые взгляды в свой адрес ему было наплевать. Он брезгливо отбросил осколки, поправил бронзовую маску и проводил жгучим взглядом наглеца с голубой катаной, который посмел сесть в центральный круг подле него.

— Место охраны за спиной, — раздраженно выплюнул Химуро.

Однако Нобу никак не отреагировал и продолжил сидеть в центральном кругу.

— Похоже, главный позор Дома Идэ совсем позабыл манеры, — язвительно покачал головой черноглазый сын Дома Симидзу.

— Как ты смеешь сидеть там, где сидит один из старейшин? — вторил ему пухлощекий брат Главы Дома Молнии Като.

Сам же старейшина и глава Храма Природы Мори не произнес ни слова и не пошевелился, но напряжение в переговорной комнате разом подросло на пару порядков.

Но как бы Нобу ни хотелось, он смиренно сидел с опущенным взглядом и молчал, не смея ничего ответить. Ведь он прекрасно понимал, что каждое слово, сказанное им в этом кругу, будет воспринято как слова Дома Идэ, а говорить от имени Храма ему старейшины не разрешали.

Поэтому Нобу оставалось лишь молчать и быть в роли безмолвного наблюдателя.

Это задевало Нобу, но не так сильно, как тот факт, что обещанная ему невеста не явилась и сейчас Дом Идэ не имел никакого козыря перед внезапно появившимися конкурентами.

Поняв, что ответа не последует, сын Дома Симидзу недовольно допил свой саке и в очередной раз сверкнул черными глазами в сторону часов.