Последний Паладин. Том 8

Вдаваться в подробности я не стал, чтобы не сбивать девушке концентрацию. Да и на таком уровне доверия, которым ко мне пылала Лиса, ей не требовалось ничего объяснять. Моего слова было достаточно.

И доверие было полностью оправдано, ведь я ей не врал.

Мрак действительно был не готов осознанно зайти в мир Истинной Тени, и сомневаюсь, что когда-нибудь будет готов.

Раны, что нанесли ему Демид с Куратором, оказались слишком глубоки.

Хитрые светлые ублюдки позволяли Мраку зайти в мир Истинной Тени только под полным ментальным контролем, и теперь они слишком плотно ассоциируются у него вместе.

Страх вновь стать безвольной марионеткой засел слишком глубоко в подкорке, и, если Мрак зайдет в мир Истинной Тени не поборов эту слабость, то он оттуда уже никогда не выйдет.

А вот сможет ли он когда-нибудь полностью побороть страх перед менталкой, вопрос открытый.

Пока Мрак научился только обращать этот стойкий глубинный страх в гнев и жажду мести.

— Поняла, а вот я готова, — после непродолжительного молчания ответила Лиса, и стихийный дым от Реликвии медленно окутал ее тело защитным доспехом.

— Выдохни, успокойся. Мир Теней — это твой дом, а дом не может тебе навредить. Помни это, — успокаивающим размеренным голосом произнес я последнее наставление, и в тот же миг Лису затянуло в мир Истинной Тени.

***

Четверо мужчин восточной внешности сидели в центральном кругу богато уставленной переговорной и потягивали саке.

Кто-то торопливо, кто-то размеренно, а кто-то с откровенно демонстрируемым раздражением.

Мужчины были разного возраста, внешности, достатка, однако по статусу у себя на родине они были примерно равны. По крайней мере, трое из них.

Старший сын Дома Смерти Симидзу, с черными как смоль глазами и нашитым на кимоно гербом в форме трех черепов.

Первый наследник Дома Металла Химуро, чье лицо было сокрыто за бронзовой маской в форме рогатого демона.

И пухлощекий седой брат правителя Дома Молнии Като, в кимоно цвета грозы и сверкающими, словно штормовой прилив темными глазами.

Выделялся по статусу пред остальными в четверке только старец в тряпичном коричневом балахоне. Его глаза были полуприкрыты, морщины покрывали две трети лица, но источаемая Главой Дома Природы Мори мощь приводила остальных в трепет.

Никто из присутствующих не ожидал встретить тут друг друга, и уж точно не ожидал увидеть старейшину одного из Великих Храмов, каждый из которых по силе стоил десятка Самураев.