Книга 9. Пожиратель Драконов. Часть 3

Почти сразу после появления куба я вдруг ощутил странное, ни на что не похожее, подпитывавшее монстра во мне, желание развернуться и броситься обратно. Будто бы я не ел месяц, а там, внутри, стояла тарелка с бабушкиными пирожками только из печки.

С какого-то момента я даже с помощью восприятия мировой ауры с трудом мог ощутить его пространственный куб под тысячами тонн древесины. Но это чувство никуда не делось и не уменьшилось даже с удалением от источника.

Не знаю, что это было и как Кассий это сделал. Вероятно дело было в одном из многочисленных колец, унизывающих его пальцы, при ближайшем рассмотрении оказавшихся артефактами.

Но, раз уж меня так колбасило, то Фаоклитеция, не только являвшаяся чистокровный Майигу, но и потерявшая любой намёк на сознание и действовавшая будто на одних инстинктах, должна была искуситься наверняка.

Так и произошло. Хотя нас ветви преследовать не перестали, их количество было раз в десять меньше, чем тех, что атаковали куб.

Этого было более чем достаточно, чтобы, использовав пару фигур высшего пилотажа и заложив несколько виражей, через семь секунд я оказался в полукилометре от пьедестала, на котором стояло тело богини природы.

И только тогда инстинкты Фаоклитеции, похоже, забили тревогу. Раньше нас атаковали ветки-щупальца, порождаемые лишь одной из десяти её основных ветвей. Да и то не все.

Теперь на устранение приближающейся угрозы переключились ещё три основных ветви. И с учётом того, что, чем ближе к источнику, тем сильнее энергия, обрушившийся на окружающий нас кокон из молний и пламени поток даже сравнить было нельзя с тем, что изначально напал на весь отряд.

Вот когда Сальвии, до сих пор ни разу не пустившей в ход свой топор, пришлось поработать. Несмотря на то, что защитную магию поддерживали мы втроём и несмотря на то, что я замедлился почти со скорости звука до где-то ста пятидесяти километров в час, уже через несколько секунд магесса, вынужденная метаться туда-сюда по пламенному кокону, была вся покрыта испариной.

Ветви уже не просто били по нам со стороны Фаоклитеции.

И этот кокон давил на защиту из огня и молний, пропихивал сам себя внутрь, горел, превращался в пепел, но не останавливался ни на секунду.

Мне для поддержания жизнедеятельности дышать по сути было не надо.