Светлейший-4. Корпус обреченных

Павловичи пытались продавить главу Совета регентов. До сегодняшнего заседания дядюшка Федор Николаевич занимал подчеркнуто нейтральную позицию. Но сегодня предстояло вынести решение. Собственно, именно потому нас и призвали — я должен был рассказать свою версию событий при свидетелях.

— Мне также стало известно, что Дмитрий Павлович нанес подобные визиты князю Голицыну, князю Мещерскому и графине Шереметевой. Но о том, каков был результат, можно лишь гадать.

Эк его прижало, раз начал бегать по аудиенциям! Другой вопрос, до чего они договорились.

— Благодарю за информацию, Борис Владимирович, — матушка кивнула. — Будем готовы. А сейчас, боюсь, нам и правда пора спешить.

— Разумеется, ваша светлость.

Он проводил нас короткой дорогой прямиком к дверям Белого зала, где проходили заседания Совета. Как всегда, полно гвардейцев — причем все с перстнями не ниже рубинового.

Я ожидал увидеть на диванчиках Павловичей, но никого из них в холле не оказалось.

— Судя по разговорам на повышенных тонах, наши оппоненты уже внутри, — словно угадав мои мысли, шепнула матушка.

— Не уверен, что они нам оппоненты.

— Прямо сейчас Павел точно считает тебя своим врагом.

— Сам виноват.

Пусть благодарит за то, что и вовсе остался жив после своих фокусов. А то еще немного, и я начну откровенно жалеть о проявленном милосердии.

Вопреки моим ожиданиям, двери Белого зала открылись минута в минуту. На порог вышел один из ассистентов секретаря Рюмина и направился прямо к нам.

— Ваши светлости, — он поклонился. — Советники вас ожидают. Прошу за мной.

Мы с матушкой переглянулись и одновременно поднялись с диванчика.

— Такими темпами, может, и успеешь на все свои встречи, — сказал я.

Едва мы вошли в уже хорошо знакомый аскетичный зал, двери за нашими спинами беззвучно закрылись, а все заседавшие за огромным мраморным столом мужчины поднялись, чтобы поприветствовать даму.

— Анна Николаевна, Алексей Иоаннович! Благодарю за то, что нашли время прибыть.

Ох уж эти высокопарные формулировки. Нашли время, ага. Да нас бы за уши сюда притащили, вздумай мы манкировать. Как по мне, можно было не делать из заседания Совета этот фарс, приглашая всех заинтересованных лиц.

Но лица были, и много.