Порождение Истерии

Но в данный момент это его не сильно заботило, так как вскоре он пожнёт плоды своих усилий.

Именно радость от предвкушения и абсолютная уверенность в победе заставляли Барта никуда не спешить, небрежно отвечая на вопросы Касьяна, дабы потешить своё самомнение. Последнее ему особенно требовалось, так как до сего момента его гордость слишком многого натерпелась.

– И всё же, разве ты не боишься того, что случится после возвращения Исидора? – напомнил Касьян, желая испугать Барта.

Но необходимый эффект не был достигнут.

Барт даже никак не изменился в лице, спокойно ответив, словно искренне верил, что Исидор не будет искать мести:

– Разумеется, я сразу сбегу из города, а там не за горами момент, когда Исидор перестанет представлять для меня угрозу.

Сказанное только больше запутало Касьяна, натолкнув на одну странную мысль, которую он мигом озвучил:

– Так это всё ради увеличения силы? А как?

Тут Касьян встал в ступор, совершенно не понимая, какое он имеет к этому отношение. Всё же, увидев в компании Барта Олицетворение, парню было несложно сложить дважды два, поняв, что тот использовал навыки стези приручителя, которые, к слову, отлично скрывал, явно используя пространственные ловушки своей служанки, чтобы хранить в них монстров.

Но это лишь доказывало скрытность Барта и то, что он всё ещё мог иметь туз в рукаве в виде целой орды Олицетворений. Касьяна же интересовало то, каким образом лично он имеет к этому отношение.

Если Вранов для контроля Олицетворений использует навыки Земель Благодетелей, то он мог запросто найти кого-нибудь посильнее.

Если же попытается приручить Касьяна собственными усилиями, то результат и того не окупится, так как подчинение менталиста – непомерно сложная задача.

Парень продолжал терзать себя догадками, а Барт не хотел ему отвечать. Касьян окончательно запутался в действиях и мотивах соперника. Он бы и рад был поймать какую-нибудь духовную нить, периодически создаваемые Врановым, но боялся высвобождать ауру, дабы не спровоцировать последнего.

А те, что самолично прибивались к нему, не несли должной информативности, зачастую повторяя уже сказанное.

В итоге догадки таковыми и оставались. Касьян просто не знал о марионетке, которая в данный момент была занята сдерживанием Всеволода. Именно эта нехватка информации и стопорила его выводы. Однако он хорошо знал себя, поэтому кое-что всё же мог предположить, хоть подобная идея и казалась безумством со стороны Барта.