Аристократ на отдыхе. Том 6

Старый слуга Луки Ивановича открыл калитку и впустил меня в сад.

— Замучила, тварь проклятущая, никаких сил нет!

— Кто? — улыбаясь, спросил я.

— Идите, сами все увидите! А может, кофею сначала?

— Спасибо, Прохор, я уже напился кофе. А где Лука Иванович?

— Так в лабе, где ж еще ему быть? В лаборатории своей, вас ждет. И предок с ним. И как они ее не боятся?

— Кого? Про кого ты все говоришь?

— Да пусть вам Лука Иванович сам скажет. Я про такую дрянь и вспоминать не хочу!

Я только рассмеялся. Не хочет вспоминать — конечно, сразу видно!

— Идем, посмотрим твою проклятущую тварь.

Меня уже разбирало любопытство. Кто это такой завелся у них в особняке и напугал Прохора? Демон, что ли?

Идя по дорожке, я мельком взглянул на крышу и увидел знакомый силуэт горгульи. Днем она сидела смирно, старательно прикидываясь обычным каменным украшением дома.

— Вот, сюда проходите, ваше благородие!

Прохор распахнул передо мной стеклянную дверь лаборатории, которая выходила в сад.

— Прохор, а чего вдруг ты меня на “вы” стал величать? — полюбопытствовал я.

— Ну как же, Никита Васильевич! Вы — сильный колдун, с любым демоном справляетесь. И мертвецов даже усмирили, прибери небо их души!

Прохор отвел глаза в сторону.

— И эту гадину одолеете. Наверное…

Я пристально посмотрел на старика.

— Да кто тебя так напугал? Говори прямо.

— Я… — забормотал Прохор.

Но его перебил веселый голос Луки Ивановича:

— Мышь его напугала! Обыкновенная мышь!

— Да какая же она обыкновенная? — заспорил Прохор.

Но Лука Иванович, не обращая на него внимания, спешил мне навстречу:

— Здравствуй, Никита Васильевич!

За его плечом парил полупрозрачный предок рода Вознесенских — Митрофан Аникеевич, граф и каторжник по совместительству. Судя по его улыбке, он тоже был рад меня видеть.

*****

— Завелась у меня в лаборатории мышь, — весело сказал Лука Иванович. — То бумаги погрызет, то цветы поест, то на стол нагадит. Хитрая, зараза — днем пряталась, а ночью безобразничала.

— Неудачно? — улыбнулся я.

— Почему неудачно? — возмутился Прохор. — Я ее с первого разу поймал! Мышеловку поставил, она и попалась. На сыр клюнула. Швейцарского сыру для нее не пожалел!

— Щедро, — кивнул я. — На швейцарский сыр и я бы клюнул.

— Утром прихожу — попалась, голубушка! Пружиной ее прихлопнуло, и сразу насмерть. Я ее за хвост — и в помойку!

— Так и в чем проблема тогда? — не понял я.