Тизхар Отступник

Боюсь, вы обречены – наклонившись над царём, произнёс он.

— Я знал, что ты не веришь в старых богов… знал, что ты против меня, против богов Нурагии…

Аттаб почувствовал, что сейчас он имеет полное право лично отомстить за всех замученных братьев по вере, за все гонения, что принесло правление Тизхара, но что-то не давало ему это сделать…

— Прости меня, Аттаб, прости и выслушай.

— Господин? – непонимающе произнёс Аттаб.

— Я был глупцом. Лишь теперь я понял, где ошибался. С самого детства, когда ещё старые боги ходили среди людей, я усвоил истину: нельзя идти против тех, кто даёт тебе власть.

Именно поэтому я правил в согласии с теми, кто был силён – жрецами, старыми сановниками, культами… Но я ошибся – сильнее всех был Он.

— Храни вас Всеотец – прошептал Аттаб, всё ещё не веря в то, что слышит это из уст умирающего царя-отступника.

— Он победил старых богов – продолжал говорить Тизхар, зажимая свою рану и превозмогая боль — Их железные птицы больше не прилетят нам на помощь, они больше не будут сражаться в одном бою с нами и не заберут жертвы.

Те, кто говорил, что они ушли в наказание за предательство Салитиса и должны вернуться – лжецы, а сами боги были рабами…

— Чьими рабами? – усомнившись в том, что царь до сих пор понимает, что говорит, спросил Аттаб.

— Рабами сущностей, к которым взывал предсказатель, Аттаб. Тебе это известно.

— Господин… Откуда вам это известно?

— Я видел это, видел – тот воин…

— Что тот воин? Что, господин?

— Этот воин пришёл за мной… — кашлянув кровью, сказал Тизхар — Аттаб, у меня мало времени… Прошу тебя, выживи, расскажи, что я ошибся, попроси от меня прощения у всех.

Я каюсь, это я навлёк гнев Всеотца на нашу землю… Прости…

Тизхар закашлялся. Аттаб чувствовал, как слабеет его хватка – грозный царь Нурагии умирал у него на руках.

— Я прощаю, господин, я прощаю – ответил Аттаб.

На угасающем лице Тизхара появилась последняя в его жизни улыбка. Поняв, что клятва верности, провозглашавшая верность до последнего вздоха исполнена, Аттаб осмотрелся по сторонам, чтобы понять, как ему выжить в обернувшейся бойней битве:

Воин, убивший царя, исчез так же неожиданно, как и появился – Аттаб нигде не мог найти его следов.

Сзади царская стража отбивалась от атак сворландской конницы, спереди, в беспорядочной давке погибали остатки войска, и лишь немногие уцелевшие ларанайские наёмники и культисты сражались до последней капли крови против западных варваров. Аттаб стоял совершенно один.