Ушедший Род. Книга 1: Чужак.

Большинство ловушек срабатывало с небольшой задержкой, то есть при наличии хорошей своей скорости и ловкости, да имея щит, почти всю «давилку» можно было просто пробежать. Чуть прикидываю, ну точно — можно. Почему еще никому не удавалось — загадка. Получается, что скорее всего, это могло быть тестом на предпочитаемые методы решения, и, соответственно, на место в армейской структуре при заключении контракта. И ведь скорее всего, такой тест не будет единственным.

Переглядываюсь с Перваком. Тот даже вставать не хочет.

— У меня есть сэкономленный паек-ужин, — говорю. — Из тех, что нам в поезде выдавали.

— У меня половина тоже найдется, — Первак даже не раздумывает. Усталость сейчас легко бьет другие чувства. Еле поднимаемся на ноги.

— Извини, Дим. Мы настолько не в себе, что пожалуй пойдем. Завтра сходим, хорошо? — обращаюсь к куратору. Хорошо, что его неуемная энергия отпугивает от нас других наблюдающих все это подростков.

Оставляем разочарованного парня у полигона.

Утро у меня начинается сильно раньше общего подъема.

Времени совсем становится мало, а дальше станет еще меньше. И до момента, когда я смогу им распоряжаться свободно пока далековато. Причем от лицея это даже не зависит. Прогресс пси так же проявляется неожиданно, и не воспользоваться этим нельзя.

Бегу на склад. Дверь уже открыта, а может, и не закрывалась даже.

Неожиданно в помещении меня уж встречает кладовщик. Я даже задерживаюсь в дверях.

— Да проходи, проходи, — кладовщик добродушен как обычно, несмотря на раннее утро.

— Тебя ждал, не удивляйся. Просто другого времени ты в ближайшем будущем не получишь — слышал я, что вашу группу к рыжему убл… Эээ…к Лютому определили. Сочувствую.

— А что тут не так? — удивляюсь, хотя неприязнь кладовщика к бывшему вояке можно резать ножом.

— Все не так, но смотря чего ты хочешь от жизни. Если армия — твой родной дом, то лучшего проводника туда ты и не найдешь. Инструктор-то он хороший, да, — словно нехотя говорит Моисеевич. — Ладно, чего я тебя ждал? Говорил я с нашим алхимиками, зелья чтоб усилить себя, да что бы эффект остался навсегда есть, только они, как бы это сказать, одноразовые.

— В каком смысле?

— Ну второй прием даже похожего просто зелья особого эффекта не даст. И еще один момент, отчего они спросом и не пользуются — эффект не особо сильный, — кладовщик пожимает плечами. — Правда именно в твоем случае это оправдано.

— Почему? — интересуюсь.

— Потому что у тебя сейчас изначальные показатели маленькие, — хмыкает кладовщик.