Минский. Изгнанный попаданец

«Чем же?»

«Егор, ты пойми, из магических пистолей стрелять это не то же самое, что из пистолетов, там надо владеть рядом специфических умений».

«Например, каких?»

«Как минимум у стрелка должна быть развита хорошо чуйка. Ну ты потом всё сам поймёшь, когда с этим столкнёшься. Вот у меня этого умения нет, как бы я ни пытался его пробудить на нескончаемых тренировках по стрельбе. Ванька же в этом лучший».

«Он только замедлит нас сейчас».

«Зато подумай, как он может пригодиться там, в колониях. Если его снарядить хорошими магическими пистолями, он же любую тварь завалить сможет.

Нам просто необходимо начинать собирать команду. Одному соваться за внешнее кольцо — это самоубийство».

«А как же наёмники? От них там явно толку будет больше. Ваня, он так, тепличный стрелок, в условиях реального боя, возможно, будет нещадно мазать».

«Возможно, но зато он будет предан нам. Сам же видишь, ему идти некуда. Он такой же, как и я, не прошедший инициацию аристократ, которого выгнали из рода».

«Это всё понятно, а со знаниями у него что?»

«Давыдов получил отличное экономическое образование с упором на финансы.

Его род — это крупные банкиры, бывшие выходцы из купцов. Также у Ивана хорошее начальное магическое образование, как и военное, правда, немного специфическое — тыловое обеспечение. Ну а главное, он нам жизнью теперь обязан».

— Хм… — выдохнул я.

— Антон, ты же направляешься в колонии? Я тебе там пригожусь, вот увидишь. Ты не пожалеешь! — на одном дыхании выпалил бывший сменщик.

— Посмотрим, — я по-новому взглянул на Ивана Давыдова. А ведь, может, и будет из него толк в моём предприятии.

Молодой парень, с виду лет девятнадцать, хотя на самом деле ему был двадцать один год. Рост чуть меньше среднего, худощавый, на голове рыжие коротко подстриженные волосы, конопатый. Сейчас он был весь покрыт синяками. Лицо его опухло.

— Держи, — я ему протянул целебное зелье, — пей.

— Их же и так мало. Вдруг понадобится потом, а у нас ни одного.

— С такой рожей, как сейчас у тебя, нас быстро подозревать во всех местных грехах станут.

Так что пей, лечись. А потом в городе каком-нибудь прикупим, деньги-то есть, — звякнул я кошельком, который мне всё же Ванька вручил, поменяв его на склянку с зелёной жидкостью.

Иван выпил зелье, и ему заметно полегчало. Опухоль на лице начала быстро сдуваться.

— Что с водой делать будем? — поинтересовался он у меня, почёсывая шею.

— Возможно, сойти придётся, если уж совсем будет невмоготу.