Кион-Тократ

Не желаете ли по чашечке кофе, так сказать, отметить наш договор?

— Кофе? Это та самая гадость, которую вы пьёте в своих Золотых Королевствах?

— Она самая.

— Ну уж нет. Спасибо за предложение, но мы лучше пойдём. До следующей встречи, господин Крил.

— Если доживу, обязательно встретимся, мастер Спелум.

Когда Щерба вместе с домочадцами покидали шатёр, Артур с Келнозом отошли за повозку, чтобы не попасться на глаза самоуверенному и не самому приятному мастеру Дома Вентар.

— Ты куда собрался? — прошипел Граникус, когда через минуту Артур направился ко входу.

— Хочу пообщаться с этим торговцем, — беспечно ответил юноша. — А ты лучше займись своими делами. Нечего тебе ходить за мной.

Таким образом наставив своего давнишнего неприятеля, Артур откинул полог из грубой ткани и вошёл внутрь. Граникус яростно дёрнулся и поспешил за ним. Едва Смилодон оказался в шатре, как по его чувствительному обонянию ударил незнакомый запах, сочетавший в себе острые, почти пряные запахи карамели и насыщенный аромат густого и сладкого молока.

Рассмотрев внутреннее убранство шатра, Келноз присвистнул от восхищения.

— Ну ничего себе живут людишки!

В центре, на мягких звериных шкурах, сидел полный мужчина, в странной позе, при которой его ноги были скрещены, а носки покоились на бёдрах. То и дело он прихлёбывал из маленькой чашки неизвестную жидкость. Несколько густых тёмных капель сорвались с чашки и запачкали разложенный перед торговцем лист бумаги, испещрённый печатными символами.

Крил чертыхнулся и отставил чашку в сторону. В попытках спасти документ, он пропустил появление гостей, чего нельзя было сказать о его охранниках. Три воина-мамелюка, стоявшие у входа, как единый слаженный механизм, выхватили клинки, напоминающие кривые кинжалы.

Крил, словно нехотя, оторвался от бумаги и окинул юношей пронзительным взглядом. Его коричневые глаза казались весьма умными, а загорелая до черна кожа выдавала в нём страстного любителя дальних путешествий.

Сломанный нос, крупный подбородок и полные губы завершали портрет этого, безусловно, неординарного человека. Несмотря на излишнюю полноту, он казался довольно мужественным, и даже приятным.

— О! Снова гости, — добродушно воскликнул он и движением руки предложил студентам проходить внутрь.

Охранники вернули ятаганы в ножны и вновь застыли подобием каменных истуканов. Крил указал рукой на несколько шкур перед собой.

— Садитесь, молодые люди.