Михаил Освобожденный. Том II

Ей в кармашек на фартуке купюру хорошую еще умудрился определить и за бедро ущипнуть; многорук долбанный… Потом из чашки отхлебнул. – То, что произошло с Веревкиным – это ужасная случайность и личная инициатива Руслана Дамировича… Его никто с таким ужасным заданием не посылал. Все только с такого за головы похватались. Ужас? Да. Бардак? Да-да и еще раз да. Но никак не злой умысел… Руслан должен был следить и оказать помощь. Поддержать. Ваше нападение, Михаил, на вашего же отца было спрогнозировано – и задача Руслана в том числе была обеспечить прикрытие, чтобы если что не по плану шло – вас не хлопнули.

Смысл в его словах был.

– А если бы Ан… Отец меня победил, в плане том, меня отбивали или оставили на съедение?

– Однозначно отбивали, – кивнул уверенно, и секунды не думая. – Долг есть долг. Но что в планах, то в планах… Реальность, Михаил, видите совсем иная… Хаотичная, злая, добрых людей легко обманывать, так как они добры.

– И?

– Руслан внезапно для всех оказался преступником.

– Никаких предпосылок? – саркастично спросил.

– Абсолютно никаких! – заявил он с предельной уверенностью.

Врал собака – точно говорю!

– Веревкина посадили?

– Что-о? – Федор меня совершенно не понял; даже растерялся как-то.

– Ну… – протянул я. – Так раз он преступник – его, должно быть, посадили? Или какому-нибудь судебному преследованию подвергли, верно? Так ведь и произошло?

– А, вы имеете в виду – понес ли он наказание? Да.

– Ну, то есть – у него все хорошо? – язвительно спросил.

– Как хорошо то, если он в отставке? – искренне не понимал моей претензии Федор. – Странно вы размышляете как-то… Неправильно.

– Я повторяю вопрос: почему Руслан не осужден?

– Так не принято…

Половинчатые меры… Может и казней совсем нет?

Но тот тип от СБ Зотовых Васила же хлопнул на месте. Значит не все так однозначно.

Может только чужих хлопают?

Безобразие.

Надо было Веревкина на смерть бить… Если надо сделать хорошо – сделай сам.

Я перекинул «идею» копья пустоты на другую руку, а правую на стол положил, продемонстрировав израненную ладонь.

Федор побледнел, его замутило; он рот прикрыл.

Рохля или прикидывается? А если не прикидывается, где таких набирают?

– Ты чего?

– Я просто не был готов! – объяснялся он, по щекам себя пару раз ударяя. – Все! Теперь меня ничем не смутить… капитально так настроился на жестокость. Давайте продолжать.