Кодекс Охотника. Книга XXVI

А то расслабились, решили, что если они Хранители, то мир неприступен и недоступен по определению. Три раза «Ха!»

Аня всё-таки заснула. Чтобы не будить жену, я осторожно взял её на руки и отнёс в усадьбу, уложил спать.

В усадьбе было тихо. Разломщики были в Разломах. Хельга и Ингрид там же. Но один гость всё-таки был. Катя сидела со своим братом Андреем в беседке.

Да, когда я понял в сокровищнице, что всё пошло нормально, я СМС-кой поблагодарил старшего Андросова, сказав, что всё в порядке, и больше их услуги в ближайшее время не понадобятся.

Сейчас они пили чай, а он заинтересованно смотрел на меня.

— Ты исцелил её с помощью золота? — глаза Андрея зажглись профессиональным интересом.

Ну да, я чувствовал сканирование ауры лекаря, пока я нёс Аню домой. Собственно, особого секрета от него у меня не было, поэтому я разрешил ему это сделать.

— Очень необычно и очень эффективно, — сказал Андрей. — А так, очередной секрет Рода? Так можно всех людей лечить?

Я улыбнулся и налил себе чая, добавив ещё горячий пирожок.

— Секрет Рода, да. Всех людей лечить нельзя. Это исключительная способность Ани.

— Вот как, — вздохнул Андрей. — Интересно, — он задумчиво зачерпывал ложкой мёд у себя из плошки, поднимал ложку и переворачивал, глядя, как тягучая янтарная субстанция снова падает в плошку.

— Ты так потрындеть или по делу? — уточнил я у него.

— И потрындеть, и по делу.

Что мне нравилось в Андрее — он уже не терялся, отвечал чётко, по существу.

— Ну, давай тогда сначала дело, потом потрындим.

Андрей оставил мёд в покое и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Я тут случайно Самохвалова увидел…

— И? — улыбнулся я, примерно уже понимая, что он хочет сказать.

— Дело в том, что Самохваловы были… — он сбился, — …и есть хорошим сильным Родом лекарей. Но до нас, Андросовых, им было, как до столицы раком.

Я молча, с улыбкой, продолжал его слушать.

— А сейчас то, что я увидел… — он посмотрел на Катю, на меня, и с трудом из себя выдавил: — Мне кажется, он чуть ли не сильнее моего отца.

— Тут нечего стыдиться, друг мой, — сказал я. — Он действительно сильнее твоего отца. Но, есть один нюанс — он сильнее в боевом плане. А чистое лекарское искусство — это немножко другое. Иван Васильевич всё ещё даст Максу фору. Именно поэтому я попросил прибыть его лично. Да и твой потенциал всё ещё сильнее потенциала Макса.