Демон и Кикимора

Пролёт через клубы дыма куда менее опасен, чем переход Пятой авеню в Нью-Йорке на красный сигнал светофора. А вот несущийся к тебе зенитный снаряд со скоростью гораздо быстрее, чем у твоего самолёта, он не слышен и не виден, пока не рванёт прямо перед кабиной. Не успеешь «мама» сказать, не то что сманеврировать, как организм наполнится непредусмотренными в его конструкции острыми кусочками металла.

Небо над Регенсбургом напоминало картину неизвестного художника-авангардиста, то ли воплотившего нездоровые фантазии на голубом фоне, то ли случайно брызнувшего на него красками и решившего, что результат можно продать, обозвав как угодно бессмысленно, например, «Пикник над Саппоро».

Синева практически полностью исчезла под белыми полосами, оставленными более чем двумя сотнями «крепостей», и многочисленными бутонами чёрных цветов, распустившихся стараниями зенитчиков. А ещё это пространство было обильно замусорено обломками самолётов. Куски плоскостей и фюзеляжей, исполненные из тонкого лёгкого металла, затейливо кружили на высоте пяти-шести тысяч метров, не пытаясь камнем рухнуть на землю.

- О, чёрт! – ругнулся набожный Миша Лоевич, завидев падающего человека с лохмотьями парашюта за спиной.

Я смотрел на выпрыгнувшего, пока бедолага не ляпнулся о правую плоскость «Кикиморы», к счастью для нас – не задев винты. Тело унесло за корму.

Нашу машину пока не задел ни единый осколок.

И я пока тоже здесь, не отправлен на безопасную и бесполезную американскую землю. Эгерт решил, что его договорённости с королевой и её могучими боевыми эльфами перевешивают любые перспективы использования полесских экипажей. Не дожидаясь операции против чёрных, санкционировал участие «Кикиморы» и «Лешего» в рейде на Регенсбург, настоящую жемчужину противовоздушной обороны. Сгинем – невелика потеря. Не принял во внимание, что я, спрыгнувший из сбитой «крепости», вдруг раскрою немцам тайный план атаки на базы их союзников, если меня допросят как боггарта – сдавив конечность до хруста костей.

Не, я не против летать, бомбить, рисковать. Ради того и соглашался на вербовку. И не расколюсь при самом зверском допросе, плавали – знаем. Но что со мной обходятся как с разменным материалом, точь-в-точь как королева с привратными гоблинами, абыдна, да?

В общем, этот двухзвёздочный генерал – сука последняя.