Михаил Освобожденный. Том I

Птица остановила свое кручение и глянула на меня громадным безумным глазом. Под тяжестью этого стервозного взгляда я почувствовал себя обжигающе тупым.

Она чирикнула что-то требовательное, составное, из многих разных звуков и интонаций, прям будто историю полную. Я понял только, что ее щебетание меня раздражало.

– Жар-птица это. Валет звал его Козодой, – объяснял Кузьмич. – Целое состояние стоит и жрет только моровую пыль – скотина такая. Вообще их мало осталось. Сгубишь такую, и коли прознают, то казнят. Еще и могилу обоссут.

– Отчего так жестко?

– Переживают за культурное наследие? – предположил домовой, плечами пожимая. – Там вообще сложно. Они в категории созданий судьбоносных птиц. Говорят, героям помогают.

– И что это значит?

– Это значит поймают тебя с такой штукой полиция и почки отобьет. А выживешь – каторга, – назидательным тоном заверил домовой.

Оставалось только удивляться.

– Здесь бывает полиция?

– Нет.

Усмехнулся:

– Тогда нам все равно.

Он в задумчивости голову почесал:

– Ну вообще, если прям честно, то бывают.

– Серьезно? – степень анархии местной резервации меня впечатляла.

– Так мне рассказывали.

Понятно… Просто пустая болтовня.

Бравада дураков.

– У Валета был ключ от клетки?

– Нет.

– Хреново…

У меня даже без магического зрения голова кружилась, так много там формул «налеплено» на прутьях.

Подключил зрение и быстренько подсчитал: пять ограничивающих, тех что не давали птичьей магии высвободиться и пять защитных, уже тех, которые против внешнего мира были.

Птичку оставлять внутри никак нельзя, надо освобождать – тут сто процентов.

Красавица должна летать…

– Зачем ее тут держали? – раскручивал клетку, разглядывая ее со всех сторон. Козодой с ума сходил, затянув панический «чирик-вопль», – истинную психическую атаку.

Слабых мест видно не было.

– Поймали и Королю хотели подарить, – объяснял Кузьмич. – У него скоро пятидесятилетие.

– Поймали, те бездари, которых я настрелял внизу? – бровь от удивления поднялась.

– Да.

– Не верю. Они ж совсем нулевые. Как у них получилось то?

– Не спрашивай.

– Нет, я спрашиваю, – настаивал.

Кузьмич болезненную мину состроил, бороду подергал, но все же ответил:

– Есть способы с подставами, лицедейством, сценками, чтоб их приманивать… Как-то вот получилось. Изобразили беду. Птичка опустилась подарочек «герою» дать, а они ее бац! И сцапали.