Апология Чистого Разума

— Почему?

— Потому что это целая миниатюрная церемония: нужно устроить достойный приход, в дань уважения Смерти. Если он прервется, то Смерть может принять это за оскорбление и забрать с собой лишних.

— Лишних? — Он приподнял бровь. — Это кого?

— Всех. — Мрачно отрезал Ирен. — И Хэнрико, и меня, и вас, и многих других.

Актеон сглотнул слюну и подумал: «Эти языческие верования, конечно, — бред бредом... но... А вдруг это правда? Кархелл ведь полон неизведанной магии и забытых божеств».

— И как долго это будет продолжаться?

— Не знаю точно, но не дольше двадцати минут.

— Ясно. Пусть так.

«Можно сколько угодно презирать дикарские привычки, но человека по щелчку пальцев не переделать. — Мысленно заключил он, взглянув на серебряные карманные часы. — Хочет — пускай. Во всяком случае, за двадцать минут тела сильно сгнить не успеют».

Вскоре, закончив обряд, Хэнрико открыл глаза и произнес:

— Рано или поздно всякому из нас предстоит встретить Смэрть. И оттого, насколько уважительно мы будем относить к ней, настолько уважительно она отнесётся и к нам.

Актеон облизнул губы. Ему очень хотелось вылить все свое циничное презрение к идиотским обрядам и никчёмным божкам, которые в сущности ничего не стоят и не учат ничему, кроме жестокости и твердолобости. Но из приличия стоило бы придержать себя в узде, иначе Актеон станет ничем не лучше бестолковых язычников.

Только… Вряд ли ещё когда-нибудь представится такая возможность высказаться.

— Вы, джайдинцы, — проповедники смерти, — заявил Актеон.

— При всем моем уважении, командыр, — спокойно возразил Хэнрико, поднявшись, — не примите за дэрзость, но уважение и страх никогда не идут рука об руку. Джайданизм не учит ужасам смэрти и ненависти к жизни. Он лишь помогает уделить Смэрти те должные почести, которых ей так не хватает. Ведь она жестока, а потому нэразборчива и часто забирает больше людэй, чем нужно.

— Как раз то, что я и сказал. — Отчеканил Актеон и скрестил руки. — А ты что думаешь, офицер Уорвик?

Проходя мимо с трупом на плече, Уорвик Ринн остановился. Руки его были измазаны в чужой крови.

— Плевать. — Холодно ответил он и пнул труп у его ног. И тут же словил на себе гнетущий взгляд Хэнрико. — Просто туши. Никакой пользы.

Он молча свалил ещё одно тело в ряд к остальным, словно мешок картошки.