Хозяин арены чудовищ Книга 2

Привязался, как к Полкану, — Митя повернул голову и любовно посмотрел на монстра через заднее стекло автомобиля.

Когда мы подъехали к усадьбе, дед выбежал на улицу и торопливо зашагал к нам.

— Вернулись, наконец-то. Я уж и спать перестал. Все какие-то кошмары снились, — признался он и крепко обнял меня.

— Что за меня переживать? Взрослый уже, не пропаду.

— Для меня ты как был дитем, так им и останешься. Даже когда поседеешь, — отмахнулся он и кивнул на теневика. — Поставил?

— Да.

— Ну и хорошо. Отведи монстра в амбар и домой. Мы с Клавой уж и стол накрыли. Тимофей Кондратьевич, тебя это тоже касается, — махнул он генералу и двинулся к дому.

Ворошилов никогда не отказывался от хорошей компании и вкусной еды, поэтому присоединился к деду, и вместе они зашли в дом.

Я отвел теневика в амбар и велел дать ему двух баранов. Дворовый работник кивнул и побежал в своих тяжелых сапогах выполнять мое распоряжение.

С наслаждением вздохнув прохладный вечерний воздух двинулся к дому. Я был уверен, что теперь нас с теневиком ждет великое будущее.

Глава 23

На следующее утро я первым делом поехал на службу. Еще не дошел до кабинета, как услышал гневный голос Августа Валерьяновича.

— Федя, я тебя за такие дела на каторгу отправлю! В Сибирь сошлю, на рудники!

— Я.. я не нарочно. Я не хотел, — плаксиво ответил Федя, которого назначили на время вместо меня.

— Не нарочно! Тебе сколько лет? Сколько лет, спрашиваю?!

Я приоткрыл дверь и увидел, как Федя весь съежился, а над ним нависает начальник и трясет тем самым журналом, в который я вношу все сделки с монстрами.

— Доброе утро. Что тут у вас? — я зашел и протянул руку начальнику.

Тот пожал протянутую руку и показал журнал.

— Ты только глянь, что этот болван сделал, — раздраженно выдохнул он и кивнул на Федю, который почти провалился под стол, спасаясь от гнева начальника.

Я раскрыл журнал и ужаснулся: листы сморщенные и грязные, местами прожженные, и чернила все расплылись – ничего не разобрать.

— Что случилось? — я уставился на Федю. — Журнал же был почти заполнен и в нем четыреста листов.

— Отвечай ему! — прикрикнул Август Валерьянович на Федю и плюхнулся на свое кресло.

Я выжидательно посмотрел на испуганного сотрудника.