Реванши́ст

Учитель он хоть был не самый умелый, но все же давал иногда советы и поправлял совсем уж грубые ошибки.

Сейчас же, в одиночестве, Андрэ больше был погружен в мысли о казни родителей.

Юноша старался отмахиваться от неприятных воспоминаний, но разум раз за разом возвращался к одной и той же мысли.

«Я должен отомстить», — решил он для себя и провел весьма неплохой выпад. Почти что лучший из всех.

Отступил назад и повторил. Получилось не так изящно, как хотелось, так что Андрэ вновь принял исходную стойку. Выпад. Плохо! Отвратительно! Никуда не годно!

Жан Гурат не спал.

Он сидел на лежанке и наблюдал за тем, как сиротка старательно повторяет первую атакующую позицию. Раз за разом. Что же, похоже, у сопляка есть намек на характер. Хотя… Нет, Дерманзака стоило бы запороть на конюшне за такое издевательство над искусством фехтования.

Единственное, что успокаивало Жана, так это то, что далеко не все ошибки парнишка успел перенять. Можно будет хоть немного выправить ему постановку ног. Вот только смотреть на все это было просто невозможно.

Старик недовольно вздохнул, прикрыл глаза и покачал головой.

Вот куда он лезет?

А… к черту.

Дверь распахнулась и на пороге показался Жан. Выглядел он недовольно, так что Андрэ почувствовал проблемы практически сразу.

— Левая нога должна оставаться чуть согнутой, — он быстро подошел и подбил своим сапогом ногу парнишки. — Вот так, бестолочь. Теперь попробуй.

Выпад получился неплохим, однако старик только покачал головой.

— Опускаешь руку, — он ударил по опущенной руке мальчишки своей ладонью, так что та взлетела на уровень груди.

— Если в реальном бою опустишь ее, то тебя пырнут. Выверни ладонь и держи мизинцем вверх.

— Дерман…

— Да срать я на него хотел. Я теперь тебя учу.

Жан окинул Андрэ критическим взглядом и вздохнул.

— Ладно, давай-ка я покажу тебе, как это делается по-настоящему. Забудь все, чему учил тебя этот шарлатан Дерманзак.

Старик встал в стойку, и Андрэ с удивлением заметил, насколько изящно и легко он двигался, несмотря на возраст.

— Смотри внимательно. Это основы «Истинного Искусства Фехтования» моей любимой и самой великой Гриббальской школы. Не скажу, что я мастер, но почти сорок лет она спасала мне жизнь. Так что кое-что я понимаю.

Жан вытащил свою шпагу и начал медленно двигаться, описывая вокруг себя воображаемый круг.

— Представь, что ты стоишь в центре круга, — старый солдат говорил спокойно и уверенно. — Твоя задача — контролировать этот круг, двигаясь по его окружности.