Реванши́ст

Говори всё, что думаешь, но так, чтобы истинный смысл улавливали только избранные, — великан на мгновение замолчал, а затем хмыкнул, вспомнив что-то забавное. — Помню, когда ещё сам учился, ходил отличный анекдот на эту тему.

Он выдержал театральную паузу, скрестив руки перед собой и держа поводья.

— Синьор, не заставляйте меня идти к кузнецу и требовать щипцы, расскажите уже этот чёртов анекдот, — в притворной злости выпалил Жан и с вызовом уставился на собеседника. — Господь мне свидетель!

— Не кипятитесь, синьор, — Лито́ примирительно поднял руки.

— Он весьма известен, так что я думал, вы слышали.

— Мой возраст еще не гарантия того, что я слышал все анекдоты мира. Так что рассказывайте, прошу!

— Чем отличается джентльмен от любого другого мужчины? — Дэни приподнял бровь, ожидая реакции.

— И чем же? — Жан склонился вперёд, явно заинтересованный.

— Джентльмен не скажет: «Месье, имел я вашу маман». Вместо этого он скажет: «Месье, я вам в отцы гожусь».

Старый солдат негромко хрюкнул от смеха, едва не выронив изо рта свою старенькую трубку.

Мадам Рут только недовольно покачала головой, но уголки её губ предательски дрогнули. Андрэ же соображал дольше всех, но вскоре и он расплылся в улыбке.

Чутье старого солдата и тут не подвело: в предместье Мон-де-Фер они въехали, едва только солнце скрылось за зубчатым горизонтом. С гор потянуло прохладой, так что даже пришлось закрутиться в плащ для того чтобы не продрогнуть на холодном ветру.

Голова колонны достигла главных ворот, еще через час, когда первые звезды уже замерцали на темнеющем небе.

Ворота эти были огромными, выше любых других, что видал Андрэ за свои пятнадцать лет. Казалось, что они не были сложены из камня, а выросли сами собой аккуратно между двумя крутыми горными откосами.

Мальчишка запрокинул голову, глядя наверх, и смог рассмотреть по обе стороны от ворот серпантин стен, уходящих куда-то в высь. Неизвестный гений так ловко вписал их в ландшафт, что они терялись в складках из камня и льда, мерцающего в лунном свете.

Кое-где на стенах виднелись факелы, их пламя трепетало на ветру, тени от ходивших по стенам солдат плясали и извивались.

Городская стража, облаченная в начищенные до блеска нагрудники и шляпы с плюмажами, пропустила колонну без задержек. Мальчик ощутил на себе десяток внимательных и серьезных взглядов. Пороховики на стенах, пороховики на воротах и внизу — все они следили за тем, как вереница телег и всадников пропадает в гигантском зеве ворот.