Реванши́ст

Взгляд его стал расфокусированным и сосредоточенным, словно он о чем-то усиленно думал, мысленно соединяя невидимые точки.

— Одного человека нет, — старик вдруг оживился и указал поколеченным пальцем на число, едва различимое под пятнами крови. — Вот, сами смотрите, это что угодно, но не восьмерка или шестерка. Нас сейчас четное количество, а тут точно семь.

Бертрам подался вперед, щурясь в тусклом свете лампы. Он быстро отыскал нужный кусок и принялся пристально всматриваться в надписи. Почерк был, конечно ужасным.

— Черт…, а вы правы, — он удивленно моргнул. — Хоть я и не совсем понимаю, что это значит.

— Значит, что эту записку составили до того, как к нам примкнул этот франт в дорогом камзоле, — Жан многозначительно поднял бровь. — Письмо составили за три дня до нападения.

— Да… — Берт задумчиво потер щетину, его глаза загорелись внезапным пониманием. — Знаете, господин Жан, а вы мне все-таки помогли… пожалуй, это вполне логично считать, что именно господина Намерсона здесь нет.

— Значит, это все же он? — Гурат говорил нарочито незаинтересованным голосом.

— Безумный брисса́к, — караванщик почти выплюнул эти слова.

— Кто бы мог подумать…

— А то… ходит по лесу, как по набережной. Он словно вообще никого не боится.

— Ладно, к дьяволу этого еретика, — старик отмахнулся и продолжил: — я послушаю и присмотрю за вашими людьми. Но для большей достоверности я бы вам рекомендовал еще с кем-нибудь сегодня поговорить.

— Вы правы, господин Жан. Спасибо вам за помощь, — Маглак протянул руку старику, и Гурат вежливо пожал ее.

— Не за что, синьор.

Жан быстро встал из кресла и поспешил на выход. Ситуация усложнялась с каждым часом. Бандиты и предательство, прочих проблем господь на его седую голову послал недостаточно.

Мало ему было того, что в караване с ними едет охотник за головами. Да не просто какой-то идиот, а известный на весь Старый Свет Теодор Намерсон.

Кровавый Теодор.

Бешеный брисса́к.

Молчаливый демон.

Как его только не называли.

Впервые слухи о нем появились лет двадцать назад.

Безумные слухи, если честно, но пугало то, что ни один сплетник не сбился ни в одной детали. Все рассказчики, от пьяных матросов до графской прислуги, повторяли историю слово в слово. И вот это уже добавляло достоверности, от которой мурашки бежали по коже.

Даже у Гурата.