Эй ты, бастард!

Пусть сегодня Виталий был мне боевым товарищем, но доверять ему полностью я не мог. Он всё же не был частью моего клана.

Не говоря уж о Косаткине.

Мы приближались к стоящей на якоре «Арктиде».

Я мысленно разрешил Зырику полететь рядом. Он вышел из моего кармана и любознательно уставился вниз, двигаясь параллельно катеру с точно такой же скоростью.

На борт «Арктиды» мы взобрались тайно. Аккурат во время смены караула, следуя за Косаткиным. Он идеально знал расписание своего корабля и провёл нас без единой встречи с моряками.

Пусть вид у него и был недовольный. Скрываться на собственном судне… такое наверняка било по адмиральскому самолюбию.

Утром мы прибыли во Владивосток.

Повреждённые, но непобеждённые суда Тихоокеанского флота гордо вошли в порт один за другим, во главе с «Арктидой».

Мы пришвартовались и сошли на пристань.

Рабочие порта с беспокойством уазывали друг другу на следы от акульих зубов, которые как шрамы красовались на стальных корпусах судов.

Но кроме работяг, в порту нас встретил и кое-кто другой.

Группа мужчин в чёрной униформе — сотрудники контрразведки.

— Вывести пленников, — скомандовал Виталий, когда пришвартовался десантный корабль с бойцами «Тайги». Оттуда вывели колонну закованных в цепи пиратов.

Но офицер ДКРУ, стоящий во главе отряда, покачал головой и требовательно заявил:

— Нам нужны все пленные. В радиодокладе адмирала говорилось, что на адмирала было совершено покушение и преступник был захвачен… — он перевёл на меня глаза цвета грязного льда, — сударем Кальмаровым.

— Так и есть, — прозвучал громко голос адмирала Косаткина, который с величественным видом сходил с «Арктиды» следом за нами.

Его голос восстановился после битвы с Елисеем, как и само физическое состояние. Я был уверен, что это из-за того напитка, который он пил во время разговора с нами.

— Выведите убийцу, — скомандовал Косаткин и четверо крепких матросов повели за канаты Елисея.

Он был связан канатами по рукам и за шею. Целители лишь отчасти залечили его ноги, чтобы он смог самостоятельно передвигаться.

Но по дрожанию скул его лица я всё понимал.

На него также навесили несколько сдерживающих амулетов, которые блокировали его магию. Они частично сдерживали силу проклятья.

Однако через Истинное Виденье я видел, что оно только ослабло, но всё ещё едва пульсировало в его груди. Если бы он постарался вырваться, то мог бы забрать несколько жизней и броситься в море.