Менестрель. Книга 3 (Финал)

– Ты хочешь сказать, что ты вещи никакие не получил?

– В тот момент – нет, – ответил я и рассказал про заморочку с гномьим банком.

– Вот же сволочи, – выдохнула ХолиМоли, когда я закончил. – Мало того, что экипировку украли, так ещё и такие условия драконовские выдвинули!

– Жесть! – подтвердила разбойница.

– Это фиаско! С гномами бодаться будет тяжело, – расстроенно констатировал Консильери.

– Им войну нужно объявить, а не бодаться, – зашипела кровожадная паладин. – За такой кидок они ответить должны!

– Правильно, – согласилась с ней РогаНосорога.

Но закончить фразу лидер клана ей не дал.

– Что ты?! Ну что?! Ты лучше подумай, как ты будешь это делать, прежде чем говорить! Чем ты их валить-то собралась? Деревянными кинжалами? Насколько я помню, твои ТОП кинжалы сейчас пылятся в их хранилище, – ударил лидер клана по больному месту, и разбойница от обиды поникла головой. ПапаБосс же тем временем обратился к паладинше. – А ты чем собралась с ними воевать, Моли? Своим пляжным купальником и зонтиком? Где твой золотой латный доспех с малахитовыми и рубиновыми вставками на защиту? Где щит Драконьей наживы? Где Молот изгнания скверны? Не знаешь или так и не поняла, где и в чьих руках они сейчас находятся? Тогда я тебе скажу.

– Сволочи проклятые! – заскрежетала зубами паладин и начала пытаться вырваться из оков.

– Успокойся, Моли, – произнёс ПапаБосс. – Сейчас мы ничего не можем сделать.

– Н-да, вот влипли, – расстроенно вздохнул Консильери и обратился ко мне: – Так значит, коротышка сказал, что половина упавших с нас брони и оружия твои?

– Да, – кивнул я.

– И предложил выкупить твою долю за деньги?

– Не выкупить, а оплатить стоимость хранения.

– И какова сумма?

– 2 375 золотых монет в день.

– Почему именно столько?

– Гном сказал, что общая ценность вещей составляет 570 000 долларов.

– Вот же скоты! – заревела Моли и от бессильной злобы вновь стала пытаться освободить руки и ноги.

Повисла напряжённая тишина. Все понимали, в какую финансовую пропасть падаю не только я, но и они. После суда всем становилось очевидным, что корпорация своего не упустит, а значит, гномы ни за что не смягчат условия.