Менестрель. Книга 3 (Финал)

Я сам был крайне удивлён такому повороту.

– А сам ты почему не съел бут… Бутерброд? – «буэ!» – И друг твой нубский – Айнгфорд, тоже не притронулся к еде! – протошнила ХолиМоли. – Почему так случилось? Это на подставу похоже!

– Я не знаю, почему он не съел свою порцию. Возможно, хотел сэкономить бутер, оставив себе на прокачку. А у меня и так висело это усиление, я съел точно такой же гамбургер перед общей встречей у входа в пещеру. И по дороге тоже ел.

Кажется, группа понемногу начала контролировать себя.

– Зачем? – прищурился жрец. – Там ведь для тебя не было опасности?

– Я боялся, что вы заберёте у меня гамбургеры с колой и деньги не отдадите.

Глава 14. Выгодное предложение

– И что бы ты сделал, если бы мы тебя кинули? – прищурилась РогаНосорога.

– Как что? Переубивал бы ваш рейд, и всё, – скромно ответил я.

– А смог бы?

– Не знаю. Но я бы попробовал.

– Честный человек? Что, правда? – тут же взвилась паладин. – Тогда отдай наши вещи, раз ты честный человек.

– Это вопрос сложный, – вздохнул я.

– Подожди, Моли. Не торопись, – обернулся к ней лидер клана, а потом посмотрел на меня и сказал: – Элай, продолжай. Расскажи, пожалуйста, что произошло после того, как наш рейд погиб.

Зная о том, что они находились сразу после смерти в Великом Ничто и смотрели целый час гайды по игре, не имея возможности связаться друг с другом, я не стал обманывать, а рассказал, как всё было, решив исключить из истории тему с отрядом неадекватных паладинов.

– Пришёл гном. Грохнул Айнгфорда. Дал мне квест. Я ему помог собрать в тележку ваши вещи. Он заплатил и выгнал меня через чёрный ход. Я плутал по пещере, пока не выбрался наружу. Затем вернулся в город. Ну а где-то через час, в харчевне, в моём номере, меня арестовала городская стража и привела сюда – в тюрьму.

– Всё сходится в точности, как и на видео, – негромко проговорил Консильери.

– Ага, – поддержала его разбойница.

– И сколько же тебе он дал? – спросил жрец, обратившись ко мне. – Наверно, немало барышей получил?

– Не очень много. Тридцать серебрушек.

– Иуда! Самый настоящий Иуда!! – прошипела ХолиМоли. – Только такие, как ты, готовы всё предать и продать за деньги.

– Погодите, – остановил её ПапаБосс.