Китан 4: Архипелаг забытых островов

Но больше всего, конечно, в душе отдались болью воспоминания о погибших товарищах - тех, с кем я начинал свой путь и кто навечно остался под сенью чертовых лесов. Даже Гамар, ставший не то наставником, не то врагом, незаметно для меня самого, стал если не другом, то близким товарищем, на которого можно было положиться. Во всей этой круговерте боли, лишь смерть проклятого черепа, доставила мне неописуемое удовольствие. Очень хотелось верить, что сейчас душа рогатого горит в самом глубоком котле ада. В месте, откуда ублюдок не сможет выбраться, ни смотря, ни на что.

А ведь в рабстве я уже больше двух месяцев. Не смотря на слова старика, будто путь до архипелага занимает не более пары недель, мы словно безумные носились по всему океану, делая длинные крюки в поисках подходящей цели. Капитан все надеялся перехватить запоздалого торговца, спешащего успеть пересечь океан до начала штормов. Но, к разочарованию команды, мы наткнулись лишь на военный корабль Родвалии, от которого пришлось быстро драпать, попутно отстреливаясь из всех возможных орудий.

Частенько спускавшийся в трюм, для общения с магом, капитан, выглядел мрачнее тучи и явно был недоволен сложившейся обстановкой. Даже до рабов доносились отдельные сплетни и переговоры матросов, ставящие капитану в вину отсутствие добычи и неправильный маршрут, на котором доблестные сыны удачи не смогли найти себе жертву. Все это, конечно, рабам было безразлично, но лично для меня представляло большую ценность. Ведь важной частью плана старика являлась неспособность капитана идти до конца и его желание договориться в сложной ситуации.

Ведь если он наплюет на правила и решит добиваться своего силой, то мой побег серьезно осложнится. С этими неспокойными мыслями я и не заметил, как провалился в дрему.

Лагрим оказался прав. К вечеру корабль отдал швартовый и вышил в море, а уже к утру, за бортом корабля, можно было расслышать разноголосый гул толпы. Меж лавок по коридору то и дело сновали радостные матросы, весело обсуждая меж собой, куда они заглянут в первую очередь - в кабак или может сразу в бордель.

Даже надсмотрщик временно отложил плеть, и, достав из-под стола небольшой кошель, теперь выкладывал столбиками свои серебряные монеты. На его лице происходил труднейший мыслительный процесс. Видимо, бедолага, не умеющий считать, пытался понять, хватит ли ему денег на все задуманные развлечения.

- Время пришло, Китан. Мы уже в порту Мирздама. – Шепнул старик.