Восхождение князя вампиров

В общем, явно готов был принимать мои удары на свою широкую грудь. Закрывал заодно от меня своих, давая им время подготовиться и ударить.

Такое рыцарство я, конечно, одобряю. Но не когда оно стоит у меня на пути, а времени остается маловато для того, чтобы искать новых друзей.

Я повелительно поднял руку – и резко опустил ее локтем вниз, как будто ударил им по воздуху. Воздух загудел – и будто хлопнул. Волна телекинеза придавила главаря к полу, и все, что ему теперь оставалось – бессильно кряхтеть. Примерно там, куда мог бы приземлиться мой локоть, на полу осталась вмятина.

Теперь, когда туша главного гопника не закрывала мне линию взгляда, я понял, что его долговязый щуплый браток уже заготовил какую-то свою технику. Глаза его горели прикольным фиолетовым огнем – довольно неожиданно для вампирского колдунства, надо сказать. У нас же вроде все на крови. Еще волосы так шевелятся, как будто он привидение какое-то.

С удовольствием бы разобрался, что он там такое делает. Но времени нет, а на переговоры эти трое чего-то не захотели идти.

Не туда они принципы применяют, конечно.

Глаза долговязого гопника вспыхнули, и он попытался вскинуть руку в мою сторону. Ага, явно что-то магическое в меня собирается сдать.

Не на того напал.

На парня хватило одного взмаха моего проклятого меча. Похоже, сам по себе он был достаточно тонким. А способность его была атакующей – и защищаться ему почему-то было попросту нечем.

Я обратил внимание на то, что со смертью этого парня в комнате резко стало чувствоваться сильнее присутствие лича.

Прислушался к своим ощущениям – нет, он не нашел это место. Под основанием особняка все вроде бы было тихо. Скорее похоже на то, что парень держал какое-то заклятье, сдерживающее магию черепа.

Жаль колдуна, одаренный был.

Сзади меня тем временем послышались звуки довольного жамканья и приглушенное сладкое ойканье.

Я обернулся и увидел, что исчезнувшая из моего обзора девушка в шапке имела неосторожность подкрасться сзади.

Скрыла звук своих шагов она очень хорошо. Но моему плащу на это было, в принципе, по барабану. У него ушей нет.

Так что теперь она лежала на полу, оплетенная по рукам и ногам подолом моего одеяния. Шапка слетела с ее головы, и светлые волосы разметались по полу. Девушка весьма методично, хотя и безрезультатно, пыталась отбиться своим ножиком от моего плаща – и даже успела перерезать некоторые нити. Только на их место приходили новые, и сжимали ее еще плотнее.