Аспект белее смерти

Но развивать эту тему не стал. — Значит, Яр просто тебя прикрыл?

— Ага.

— И что он теперь?

— Дельце одно готовит. Провернём — все наши долги закроем и ещё останется.

Я покачал головой.

— А с чего ты вообще так ему доверяешь? В дом привёл, за стол посадил. Теперь это...

Лука поморщился, но всё же юлить не стал.

— Да попросили за него, — пояснил он. — Я ему на Заречной стороне устроиться помогаю, мне помогают перебраться на Пристань. Баш на баш.

— Кто попросил? — заинтересовался я, не дождался ответа и надавил: — Слушай, Лука, ты ведь его мне в наследство оставишь, я должен знать!

Старший долго молчал, потом нехотя сказал:

— Гусак.

Я не сдержался и сплюнул под ноги. Когда Гусак жил в Гнилом доме, мы с ним были на ножах — не загреми он в своё время на каторгу, я бы его точно зарезал. Ну или он меня. Скорее даже так.

— Яр не с Гусаком! — объявил Лука. — Гусака самого об одолжении попросили. За это ручаюсь.

— А с теми ухарями тебя, случаем, не Гусак свёл? — спросил я вдруг неожиданно даже для себя самого.

Лука насторожился.

— Ты к чему это?

— К тому, что Пыжика из реки выловили.

— Откуда знаешь?!

— Сорока на хвосте принесла! — заявил я и перешёл в наступление. — Ты с кем связался, Лука? За Пыжика награду в полсотни монет дают, я своими глазами разыскной лист видел! И только не говори, что он сам с кем-то спутался! Не поверю!

Приготовился к жёсткой отповеди, но — нет, ничего отрицать Лука не стал, лишь развёл руками.

— Серый, да там дельце пустяковое было! Просто за одним домом приглядеть и маякнуть, когда там никого не будет.

За такое не убивают!

— За такое и в розыск не объявляют! И награду в пятьдесят целковых не сулят!

Лука вздохнул и облизнул тонкий белый шрам на верхней губе.

— Слушай, Серый... Ну чего ты мне кишки мотаешь? Дельце чище чистого обстряпали — заказчик на радостях Пыжику монет отсыпал, тот и ускакал куда-то вприпрыжку!

— Это тебе сам заказчик сказал?

— Нет, Жилыч. В тот раз он меня подрядил, а сам с кем столковался — не знаю.

С кем, с кем! Да с теми ухарями и столковался! Неспроста же они с нами именно через Жилыча рассчитываться решили!

Я кивнул, мысленно со своей догадкой соглашаясь.

Пыжика вполне могли зарезать из-за того, что он засветился у обворованного дома — поэтому ухари и не послали следить за жилищем звездочёта очередного босяка, а придумали ход с чистильщиком обуви. Хотя это, конечно, вилами на воде писано. Пыжик и по собственной дурости мог не перед теми людьми деньгами светануть.