Кач. Из небытия в бытие

Они поползли на корточках, пытаясь вспомнить, как дышать.

— А я?! — застонал охранник, сплёвая кровь. — Мне что полагается?

— Пи[censored]ли тебе полагаются, придурок. Оружие, ножи, прочее есть у вас? — обратился к Шопе балк.

— Нет, ничего нет. Я никогда в оружие не нуждался. — ответил Шопенгауэр, косясь на восстанавливающего дыхание Эда. — Только мы ещё за тремя накопителями сбегаем. Коляска быстро разряжается.

— Коляска, да? — телохранитель Рустама скрестил руки на широкой груди. — Ну чё делать, тащите. Как-нибудь вскройте их только, покажите, что внутри.

— Сделаю. — сказал отдышавшийся Эдуардо. — Сегодня я вместо девчонки. У неё проблемы.

— Слышал. Ты, — он ткнул в Шопе, — проходи давай. Ты, дед, тащи накопители. И давайте без этого, — балк махнул рукой на охранников. У нас приличное заведение. Всё нормально! — заорал он в толпу. — Просто краткий показ того, что может наш новичок. Ни один человек в процессе не пострадал.

Телохранитель провёл Шопе через уже знакомые ему коридоры, двери, лестницу в подземный спортивный зал.

— А, явился, — сказало оно Шопе. Бетон по его ногами был коричневым от засохшей крови. — Вот твой угол, располагайся.

— Марго не будет. Её похитили парни Джек Рассела. Вместо неё мой главный инженер.

— Это всё не важно. Мэн тебе здесь никак не поможет. Бой не остановят, пока ты не проиграешь.

— Или этот ваш фаворит.

— Фантазировать можно сколько-угодно. Я требую только одного — бой должен быть долгим.

— Всё зависит от того, насколько крепкая голова у моего оппонента.

Шопе занял угол. Осмотрел круг арены.

«Круг… Хорошо», — подумал он, — это может мне пригодиться.

В его груди начинало созревать чувство, которое он не испытывал больше трёх лет. Предвкушение, волнение, сомнения и горделивая самоуверенность.

«Будто мне снова 14 лет… Надо собраться. Время думать прошло. Настало время довериться своему телу».

Он отъехал от арены и стал отрабатывать удары кулаками. Он чувствовал силу, возвращающуюся в его крепкие мышцы.

«Да, я не такой сильный, как тогда». — думал он, стараясь, как можно быстрее бить руками, — «Да, я всегда полагался на удары ногами. Но я сильный. Всегда был и всегда буду. Мои руки сильны. Моё тело сильно. Мой разум силён. И у меня есть цель. Я не сдамся. Что бы ни случилось. Если я упаду, то я встану. Если будет больно — я выдержу эту боль.