Граф о’Манн

Смею напомнить, что его брат — герцог нашего города, Любека, и если ситуация накалится сильнее, то мы станем не только врагами аристократии, но и короны, ведь как известно, герцог — это последователь короля. Не хватало нам еще проблем со столицей.

Со столицей мы позже разберемся, если понадобится.

Однако проблемы нужно решать по мере их поступления, а не прыгать через голову.

Теперь пришел мой черед осушать бокал. Не для храбрости, а для состояния духа, когда речь течет также плавно, как река, омывая тех, кто ее сторонился.

— Вы правы. Риск действительно есть, — начал я, прибегая к известной уловке: согласиться, прежде чем опровергнуть. — Однако он полностью оправдан. Не имея поддержки аристократов, я обратился к тем, чей интерес можно купить подходом, а не родословной. Допускаю, что вы не приемлите те методы, которыми я вытаскиваю наше графство из глубокого кризиса, но позвольте напомнить, что один мой шаг, воплощенный за какие-то несколько недель, уже обеспечил наше существование на ближайший год.

Кто станет обвинять меня в недальновидности, пусть сначала спросит себя — что он сделал, чтобы не допустить подобной необходимости? Легко судить того, кто делает, когда остальные только наблюдают.

Семья опустила пристыженный взгляд. Даже Одетта почувствовала неловкость положения, и только Штрудель попросил добавки: сладости на столе кончились. Его рот был перепачкан кремовыми пирожными, а на белом фартучке остались следы вишни.

Ставлю свой гардероб, что он даже не слушал то, о чем я говорил, хотя почти весь мой «гениальный» план держался на его предприимчивости.

Не приведи он буржуа, скормив им идею забавы и веселья, не убеди аристократов, что их появление обрадует герцога, не было бы ничего, что можно было бы обсуждать. Мальчик заслужил свои пирожные. Я подозвал Луи.

Ужин подошел к концу. Речь дяди застряла поперек горла. Генрих поспешил отправиться к себе в покои. Я знал, что это лишь начало нашего спора, но был готов и словесно, и в действиях, отстаивать право быть графом.

Ведь я, в конце концов, был им не только по праву рождения, но и потому, что хотел им быть.

Почему? Ответ прост, как желания Штруделя.

Впервые за долгое время мне было по-настоящему весело.

Глава 15

Следующие несколько дней протекали размеренным ходом. Градус напряжения в поместье Маннов спал, мои силы полностью восстановились, а потому первое, о чем я задумался, как и положено графу, так это удовлетворение собственных потребностей.