Граф о’Манн

Оставалось только утешать себя мыслью, что отпрыску Лихтенштейнов и того хуже. Помимо морального падения ему хватило духу использовать расходный амулет.

Безумец! И стоило оно того? Смешная все-таки вышла победа.

Не удивлюсь, если граф Хуго еще и в сознание не пришел. Словить такой удар по организму и чести, собирая по осколкам разбившуюся надменность. Бедный аристократ…

— А что насчет дедовского амулета? — я спросил, внимательно смотря на дворецкого. — Нам хватит вырученной суммы на его возврат?

Себастьян задумался.

Сложив в уме несколько столбиков, глубоко вздохнул и помотал головой:

— Вероятность мала. На торгах бывают разные суммы, но, когда дело доходит до амулетов, аристократы обыкновенно вступают в ожесточенную борьбу. А здесь речь идет не о простом амулете, а о наследии графства Маннов. Вам, наверняка, не хватит всех средств в поместье.

— А если продать земли и само поместье? — спросил я на полном серьезе, вызывая в Себастьяне дрожь.

Взяв себя в руки, он произнес.

— Даже тогда мы едва ли способны соперничать с другими графствами.

Многие еще сильнее настроены против нас, а потому это будет вопрос не сколько выгоды, а чести. Проиграв на вашем поле, они захотят отыграть позиции на своем. Нельзя исключать, что за кристалл будет отдано много марок. Речь идет о миллионах.

— Неужели, амулет того стоит? Не будут же они, в самом деле, переплачивать за него втридорога?

— Будут, на то они и аристократы. Выгода для них — вопрос второстепенный, даже в некотором смысле «буржуазный».

Вам довелось убедиться, как много для них значит гордость. Никакие деньги не в силах затмить свет собственного величия. А этот свет, благодаря вашей победе, померк.

***

Придя в себя на третий вечер, я почувствовал острый голод. Судьба была ко мне благосклонна: близилось время ужина.

Со скрипом поднявшись с кровати, я проковылял к шкафу. Выбрав вечерний наряд, умылся, привел себя в порядок и только затем спустился в гостиную.

Моему появлению обрадовались. Искренне, нежно, приветствовали как графа, господина, сына и победителя дуэли.

Расположившись за пустующим местом, где не стояло даже тарелки, я заверил всех, что чувствую себя отлично.

— Господин, я велю подать на стол. Мы не рассчитывали… Точнее, мы очень рады, что вы так скоро… Еда уже практически у вас на столе! — залепетал Луи.

Скрывшись с моих глаз, он отправил слугу с подносом.

На ужин были тефтели в меду с нежнейшим пюре. Пригубив вина, почувствовал необычайную легкость.